УПС. 33 несчастья

– Когда мы с вами встретимся? – я уже мысленно составляла план действий, помня, что нужно сотворить фамильяра. Наш договор с Труэлем о помощи распространялся только на «внеурочную» деятельность, поэтому опозориться на занятиях не хотелось.

– Как стемнеет, – декан потянулся за «Книгой Проклятий». Сунув ее под мышку, протянул руку в выпроваживающем жесте, предлагая выйти за дверь. – Другого времени у меня, к сожалению, нет.

Я подхватила свою сумку и переступила порог. В коридоре стояла знакомая мне некромантка.

– А, леди Шадди. Вы ко мне? – эльф остановился. Некромантка кивнула. – Заходите.

– Извините, а как мне быть с моими однокурсниками? – я вспомнила о важном и с мольбой посмотрела на Труэля. – Они же теперь считают меня…

Эльф не дал договорить. Щелчком пальцев шмякнул мне на рот что-то вязкое. Я потрогала онемевшие губы, но ничего не обнаружила, хотя открыть их не смогла.

– Об однокурсниках не переживайте, – он улыбался, видя, как я оттопыриваю губы и строю гримасы, пытаясь снять проклятие.

Какие меры принял ректор, я узнала позже, когда посетила столовую. Онемение губ прошло сразу же, как декан некромантов закрыл дверь в кабинет. Верная своей привычке, я прижала ухо к полированному полотну, но случился внезапный болезненный прострел, и теперь у меня в голове шумело. Пусть лорд Труэль недавно занял пост декана, он знал, на что толкает студентов любопытство. Жаль. Мне страсть как хотелось услышать, почему леди Шадди плакала.

– Эй, Амари, иди к нам! – в столовой меня окликнул Фейр.

Это было неожиданно. Хотя, если вспомнить, как он мня зауважал после убийства ведьмы, было объяснимо. Но нет, о преступлении он не обмолвился ни словом. Похлопав по стулу рядом с собой, спросил:

– Ну как? Тебе лучше?

Я похлопала глазами, не зная, что ответить. На меня с сочувствием смотрели его товарищи.

– Да ладно, не смущайся. Когда я впервые увидел труп, меня вывернуло прямо на него. Мастер Паллори был в бешенстве.

– Угу, Фейр спросил, продержишься ты на Лекарском хотя бы семестр или сбежишь? – хихикнул однокурсник, сидящий на противоположной стороне стола.

– И что она ответила? – у меня похолодели руки. У мертвой ведьмы не было языка. Выходит, они вызвали ее душу?

– Не она, а он, труп был мужской, – поправил сосед слева.

Я открыла рот.