Дракон среди нас

Сайя виновато покосилась на вёдра и накрывало, с явным усилием поборола порыв засуетиться, прибирая всё лишнее, и стала напутствовать Йеруша:

– В воду заходишь постепенно, если костюм даст течь – отмечаешь, откуда пойдёт вода. Войдя по пояс, ложись на воду лицом вниз. Сразу сильный выдох и отметь, как поступает воздух. Очень важно отследить баланс, не тянет ли на дно какую-то часть тела. Затем ныряй, а я буду считать, на сколько тебе хватает сейчас воздухоподачи под водой.

Найло, слушая её, нетерпеливо кивал и спускался по ступенькам.

Неловко взмахивая руками, ступая с той деревянностью, с которой двигаются, когда боятся оскользнуться, Йеруш заходил в воду, и, тревожимое кругами, трепетало на водной глади его кривое отражение.

И тут за башней откуда-то возник обычнейший, по виду деревенский мужик, слегка запыхавшийся после подъема по тропе от причала.

– Слышь, хозяйка, куды яблоки волочь? – гаркнул он жизнерадостно.

– Потом, – отмахнулась Сайя, явно даже не поняв смысла вопроса. – А при погружении под воду главным будет…

Но никто не узнал, что будет главным при погружении, поскольку Найло как раз зашёл в резервуар по пояс, и вода просто вытолкнула его из себя.

Глухо выругавшись из-под шлема, Йеруш подскочил ввысь нелепым поплавком, взмахнул руками и ляпнулся на спину, погнав изрядную волну. Илидор рассмеялся.

– Пере… пере… – пискнула Сайя и прижала ладони ко рту.

Колотя руками и ногами по воде, Найло качался на поверхности резервуара, как перевёрнутая на спину черепашка, дергал головой, силясь поднять её повыше, и мычательно орал в глухой шлем.

Мужик, привезший яблоки, вытащил из кармана пригоршню тыквенных семечек и принялся их лузгать, с интересом глядя на нежданное представление. Сайя, издавая пронзительные бессвязные восклицания, суетилась на краю резервуара и тянула Йерушу руку, хотя всякому было ясно, что Найло не достанет до неё, а если бы достал, то сбросил бы Сайю в резервуар, и не факт, что случайно.

Йеруш качался и глухо орал, поднятые его барахтаньем волны бились о края резервуара и весело блестели на солнце. Сайя махала руками и бессвязно, но пронзительно восклицала невнятное. Мужик лузгал семечки. Илидор давился смехом.

Из омута, к которому скатывался забашенный обрыв, вынырнула любопытная коряга, завертелась, заволновалась, силясь посмотреть наверх.