Дети непогоды

И никаких тебе лиан, никакого ядовитого плюща.

— А у нас, наоборот, всё очень похоже. Ну, растения не совсем такие, конечно...

— Слушай, а почему ты всё время ходишь с этой трубкой? — спросил Хлюпик.

Адирроза недоуменно посмотрела на него.

— Потому что я сипапоккула. Где это ты видел сипапоккулу без ружья?

— Но здесь же не джунгли.

— Город тоже опасное место, — пожала плечами девушка. — Мы ведь не такие уж сильные — по сравнению с остальными. Ты вот не самый крупный парень, скорее даже наоборот, а я ещё меньше тебя.

Видишь обезьянца? — Она кивнула на раскрытое окно.

Хлюпик обернулся и посмотрел на улицу. Там похожий несколько на Громилу гориллоид катил полную песка тачку.

— Если такой вот тип решит дюбнуть своим кулачищем, у меня голова сразу в трусы провалится.

Смоукер поперхнулся и мучительно покраснел, услыхав эту метафору, звонко произнесённую на всё кафе. Адирроза как ни в чём не бывало продолжала щебетать:

— Единственное, чем я могу защитить себя, — это моя духовушка. Поэтому в нашей деревне начинают учить стрельбе сразу, как только ребёнок научится ходить.

В пять лет он уже получает настоящую трубку — небольшую, конечно, — и обойму со стрелками. К четырнадцати-пятнадцати годам мы умеем стрелять навскидку, с оборотом, из положений лёжа, сидя, даже повиснув на одной руке; и на слух — в полной темноте, сумерках или тумане. Если бы мы всего этого не умели, то просто не смогли бы выжить.

— О... Я понимаю. Слушай, а ты могла бы научить стрелять меня?

— Вряд ли это получится, Хлю, — покачала головой Адирроза.

— Для этого надо, чтобы ты был устроен так же, как и мы. — Она оттянула край топика и со щелчком отпустила его.

— Ну да, у вас же рёбра раздвигаются, — припомнил Хлюпик. — Но я-то не имел в виду — так же далеко и сильно. Я понимаю, что этого у меня никогда не получится. Просто хотел научиться пользоваться духовым ружьём. Может, ты видела — у меня на стенке висит?

— Тут главное — тренировка, — улыбнулась Адирроза. — Повесь где-нибудь мишень и стреляй в неё каждый день.

Кстати, если бы такой трубкой, как твоя, попыталась бы воспользоваться я — она бы сразу же сломалась.

— Почему?

— Давление. Мы делаем такой сильный выдох, что обычное дерево просто лопается. Поэтому-то мы и выдерживаем пикумбу в кипящих железистых источниках — древесина должна металлизироваться.

— А как же, например, стоерос? Он же очень прочный!

— Вот именно что прочный. Попробуй-ка высверли его... — Адирроза отставила в сторону пустую чашку и потянулась.