Требуется некромант, зарплата высокая!

Но у него были обоснованные сомнения, что он с этим справится, поэтому, быть просто живым, представлялось для Юджина наиболее подходящим вариантом.

Прижимая табличку к груди, он медленно пошёл к лошади. Хотелось бежать, но лошадь паслась, а ей, как ни крути, питание тоже необходимо. Если он не будет к ней бережно относиться, то вскоре и впрямь может дойти до пеших путешествий.

Седалище болело так, что было даже трудно передвигать ноги. В любое другое время Юджин посчитал бы это за знак. Ну, или если сейчас был хотя бы сыт.

Но он был голоден, поэтому списывал всё на долгую дорогу верхом. Разумеется, всё дело в этом.

Тем более, что в голове пульсировала одна только фраза:

«Зарплата высокая… зарплата высокая… зарплата высокая…»

И эти слова вытесняли все остальные мысли. Поэтому, превозмогая боль в седалище, он добрёл до лошади, прервал её трапезу, вскарабкался в седло, по-прежнему не выпуская из рук табличку, и с блаженной улыбкой на губах поскакал к городу.

Трактир стоял прямо на въезде в город.

У коновязи было пусто, хотя земля была изрядно вытоптана множеством копыт. Наверное, просто сейчас не то время. Посетители соберутся сюда ближе к вечеру. Юджин хотел быстрее устроиться на работу, периодически накатывала паническая мысль, что его кто-то может опередить.

Он не думал о том, что кто-то мог устроиться на эту работу неделю назад. Ему казалось, что этот кто-то дышит ему в затылок и вот-вот обгонит. И он бы, безусловно, направился прямиком к бургомистру Велитреи, если бы проезжая мимо трактира не почувствовал запах жареного мяса.

Это полностью лишило его воли. Он не помнит, как подъехал к коновязи, как спешился, как привязал лошадь, как вошёл внутрь, как оказался за стойкой. Всё это было как в тумане. Он осознал себя, когда просил у трактирщика поесть в долг и как аргумент того, что деньги у него скоро появятся, показал табличку с объявлением.

Трактирщик, увидев табличку, на мгновение переменился в лице, но тут же взял себя в руки. Седалище отозвалось на это очередной порцией зуда, но Юджин в очередной раз не придал этому значения.

Трактирщик вздохнул.

– Ладно, приятель. Я тебя накормлю. Но не мясом. Дам тебе похлёбки. Деньги отдашь, когда сможешь, – сказал он, но в его голосе читалось, что на возврат долга он не очень-то и рассчитывает.

Но Юджин всего этого не замечал. Он услышал только то, что ему дадут еды.

Трактирщик принёс довольно большую миску с какой-то мутной жижей. В былые времена Юджин бы принял это за помои.