Золотая невеста

В дверь настойчиво стучала Найра требуя выйти к гостям.

Ладно, пора. Выдохнув и взявшись за двери, Агата распахнула их решительно, так, что Найра, ломившаяся снаружи, едва не упала.

— Идем, я готова. — Агата невозмутимо протянула ей руку, помогая удержаться на ногах, а затем кивнула со всем достоинством и прошествовала к месту сбора гостей.

В бальном зале, пышно украшенном живыми цветами, Агата появилась впечатляюще — одетая в этот яркий, сочного алого цвета атлас. Отец точно оценил цвет платья, и теперь Агата старательно проходила между гостями, здоровалась и разговаривала с каждым, не давая ему возможности отчитать или заставить сменить наряд.

Пусть даже это и нарушение этикета. Совсем небольшое, достаточное, чтобы о ней говорили чуть больше, но не достаточное для светского скандала. Может быть, заодно ей удастся отвадить нескольких довольно неприятных потенциальных женихов, выбранных отцом: ведь красный могли носить только замужние дамы.

Если бы Агата могла, именно сегодня она предпочла бы эффектному появлению ночную встречу в саду с Джонотаном — и наконец-то откровенный разговор. Но она была на него слишком сердита для обстоятельного разговора, и, увы, танцевала уже третий танец, стараясь незаметно вести партнера поближе к распахнутым на балкон дверям — там было больше воздуха, а от сердитого взгляда отца её оберегал полный зал кружащихся в вальсе пар.

Партнеры, как назло, поддавались, так что танцы не приносили особого удовольствия, и Агата постоянно отвлекалась на всех обладателей тёмных волос.

Она мило улыбнулась, старательно переступающему с ноги на ногу сыну бургомистра. Кириос Коллинз-младший — симпатичный, немного надменный белокурый молодой человек — прижимал её слишком крепко, и судя по тому, как он задумчиво поглядывал под ноги, считал про себя.

Насколько Агата знала, он преуспел в торговле табаком и сотрудничал с её отцом. Они несколько раз пересекались на прогулке и приёмах в доме бургомистра, но близко не общались. В целом он был неплохим вариантом, чтобы отвлечь внимание отца, если, конечно, он не рассматривал семью и имущество Коллинзов в качестве перспективного слияния семейных дел.