Магфиг

Барельефчики с горгульями, дракончиками и прочей нечистью тоже были на месте (а куда без них?) и в должном количестве, так что жить можно. А еще на первом этаже в гостиной был прекрасный камин, напротив которого расположились два мягких кресла со стоящим между ними небольшим столиком. Это жутко напомнило мне один из любимых фильмов – я даже оглянулся в поисках трубки и скрипки и, не обнаружив оных, разочарованно вздохнул.

– Ну-с, Ярослав Сергеевич, как вам?

– Да в принципе лучше, чем снаружи, – сказал я и, кивнув в сторону очередной картины, добавил: – Только вот эти пейзажики мне не очень нравятся.

Гоймерыч пожал плечами, затем, подойдя к одной из картин, несколько минут рассматривал изображенные на ней развалины и стоящего рядом с ними рыцаря.

– М-да, действительно мрачновато как-то, – наконец сказал он. – От прежнего хозяина, видать, остались. Сдай Дорофеичу – тот куда приспособит или продаст.

Вот, кстати, насчет «продаст». Продаст за что? Надо гнома поподробнее расспросить: если тут золото по цене «педи-гри», то что является здесь твердой валютой – может, какие ракушки или еще что? Гном, правда, в разговоре что-то упоминал о магриках, но я тогда не стал вдаваться в подробности, а вот сейчас что-то интересно стало.

Кстати, а почему бы не спросить об этом у Гоймерыча? Я и сросил:

– Антиох Гоймерыч, а что такое магрик?

– Магрик? – Завуч удивленно посмотрел на меня, затем понимающе усмехнулся: – Ну это денежная единица, имеющая хождение в магических мирах. Дело в том, что золото и многие из драгоценных камней давно потеряли свою ценность, хотя и не повсеместно.

Заменой им стал особый минерал – тероксонит, имеющий свойство аккумулировать внутри себя магическую энергию, он очень редок и добывается всего лишь в трех мирах.

– Наверное, теперь это очень богатые миры, – пробормотал я.

– Да, и довольно могущественные. Как я уже говорил, тероксонит – это природный аккумулятор магической энергии, а значит, чем его больше, тем мощнее магию можно применять.

Дело в том, что даже очень могущественный маг может за раз выдать всего лишь три-четыре серьезных заклятия, а потом приходится почти сутки копить силы.

– То есть швырнул пару молний – и на боковую, – усмехнулся я, думая, что эти маги не так уж и круты, как кажутся.

– Не болтайте глупостей, Ярослав, – бросил завуч. – Молния – это так, мелочи, я имел в виду серьезные заклинания.

Вот те на, а я уж обрадовался, – однако, оказывается, тут намного все сложнее.