Магфиг

Хотя Христофор Архипович и сказал, что до каникул еще три месяца, школьные – точнее, академические – коридоры были пусты, лишь из пары классов доносились какие-то голоса да один раз навстречу попалась девушка, одетая в какое-то подобие школьной формы необычно ярких расцветок. Зеленая юбочка до колен с блестящими вставками, ярко-синяя блузка и зелененький пиджачок сверху, опять же с разноцветными вставочками. Девушка приветливо поздоровалась с Генрихом, который, надо сказать, не обратил на нее ни малейшего внимания, затем бросила на меня внимательный взгляд, что-то буркнула себе под курносый носик и, гордо выпрямившись, прошествовала мимо.

– Что это с ней? – спросил я у Генриха, но тот лишь равнодушно пожал плечами.

Кабинет завуча больше всего походил на химическую лабораторию – по крайней мере, это было мое первое впечатление при виде комнаты, заполненной различными баночками, колбочками и прочей химической галиматьей, к тому же на стене красовалась таблица, напоминающая Менделеевскую, правда, размер ее был несколько побольше.

Хотя это, конечно, если мне не изменяет память, ибо все мои познания по данной тематике кончились сразу после окончания институтского курса химии. Ну вот испарились – и все тут, уж сколько ночей я вдалбливал в свою голову очередную формулу какой-нибудь пептидной – или как ее там – цепочки, а в результате в голове полный ноль. Видно, моим мозгам химия была строго противопоказана, и поэтому сработал некий защитный механизм организма, полностью очистив их от этого научного яда.

Внутри кабинета вдруг что-то вспыхнуло, громыхнуло, откуда-то повалил густой едкий дым, заставивший мои глаза разразиться потоками слез, а самого меня зайтись в кашле и быстренько выскочить обратно в коридор.

– У меня получилось!

Раздавшийся из задымленного кабинета восторженный вопль намекнул мне вопросительно поднять брови, а затем саркастически усмехнуться. Подобную дымовуху мы с ребятами устраивали еще в восьмом классе средней школы.

– Господин Краснов… – Из клубящегося в дверях дыма, точно призрак, вынырнул секретарь ректора, на которого едкий дым, похоже, не оказывал никакого влияния.

– Завуч вас ждет.

Я кивнул и, кашлянув напоследок, набрал полную грудь воздуха, готовясь нырнуть в едкие облака. Неожиданно Генрих жестом остановил меня и, развернувшись к двери, махнул в ее сторону правой рукой, тут же откуда-то налетел резкий порыв ветра, и задымление точно корова языком слизнула.

– Прошу.

– Спасибо.