Не все дракону масленица, или Мамашка для близняшек - 5

И всё вокруг было другим, лишь планировка приюта была знакомой, но это ничего не значило — они строились по типовому проекту. Потрогала крашеные стены кухни и поинтересовалась:

— Здесь недавно делали ремонт?

— Да, — обернувшись на миг, согласилась она. — Был взрыв газа. Возможно, вы слышали об этой трагедии. Тогда ещё пропали две девочки. До сих пор неизвестно, погибли они или сбежали до взрыва.

У меня сердце пропустило сразу несколько ударов. Это точно мой мир и мой приют, а передо мной — Ральвина! И она не узнала меня лишь потому, что порошок Аккерета на час полностью меняет восприятие от человека.

Я понятия не имела, как меня сейчас видит элея, следователь объяснял, что, зелье, попадая через дыхательные пути, вызывает у людей, которые не владеют магией, лёгкие галлюцинации. Скорее всего, перед Ральвиной некий собирательный образ, как в её представлении должен выглядеть работник санитарной службы.

Следуя за бабулькой, я старалась прийти в себя и решить, что делать. Ясно, что ребёнка, которого нарисовала Тоя, здесь искать бесполезно.

А ещё перед внутренним взором промчались картинки из прошлого. В нашем доме постоянно что-то случалось. А то нашествие крыс? Могло ли случиться, что таинственный маг пытался не навредить «Ум отъешь», а хотел вернуть элею? И сейчас тот, кто стоял за поломкой статичного портала, ждал, что вернётся настоящая Ральвина.

От одной мысли, что такое могло случиться, у меня волосы встали дыбом. Пока ничего не менялось, может это из-за магической маскировки? На что рассчитывал Бергж? Кто знает, если бы мы встретились с элеей лицом к лицу, возможно, наши души бы снова обменялись? Внезапно захотелось всё бросить и уйти.

Я не могла остаться в этом мире! У меня в Тахре остались мои крошки, скоро открытие блинной, а ещё этой ночью я хотела переступить черту в наших отношениях с Сэвери.

— Здесь хранятся продукты. Вот посмотрите, всё чисто. После ремонта была профилактика, всё здесь обработано от тараканов и муравьёв...

Она всё бормотала и бормотала, а я думала о Тое, которая обрадовалась, когда меня впервые встретила. Приняв за Ральвину, она вскрикнула: «Мама!» и бросилась ко мне. Сердце защемило болью.