Книга четвертая. Добрая похоть

История повергла меня в глубокую задумчивость своими широкими перспективами, которые я и собрался излить в неподготовленные умы своих партнерш.

Но они успели первыми.

Они снесли мне яйцо.

Нет, так просто показалось с перепугу, когда лучащаяся от радости гномка, сверкающая всем своим блендамедом, вручила мне здоровенное яйчище, тут же заставляя удариться в панику с мыслями о том, что я понятия не имею о том, как размножаются гномы! А ВДРУГ?!

– Что это?! – жалобно проквакал я, сидя как дурак на кухне с здоровенным белым яйцом на коленях.

Оно было слегка шершавым и подозрительно теплым.

— Это тебе, – ни разу не утешительно укрепила Тами мою тревогу, от чего мандраж даже слегка подскочил, пробивая потолок.

– Подробности, – потребовал я, стараясь, чтобы голос не дрожал, – Мне нужны подробности!

— Это яйцо попугая. Или обезьянки, – мудрая Саяка позволила мне выпустить из себя три-четыре кубометра отработанного воздуха в одном облегченном вздохе, – Мы точно не знаем.

Но знаем, что с этим ты будешь настоящим капитаном пиратов!

– Ура! – неубедительно пискнула из-за их спин Матильда.

– Ладно, – начал успокаивать собственный пульс я, – Спасибо. Очень тронут. Стоп. Обезьяна… из яйца?

— Это «яйцо фамильяра», – пожала плечиками Саяка, – Очень дешево нам досталось. Тот матрос спешил на свой корабль, а ему нужно было рассчитаться с долгами! Капни на него кровью, чтобы привязать к себе. Тогда оно начнет подготовку к… вылупливанию.

– Вообще-то, нам сначала нужны деньги, – сварливо начал я мстить за пережитое, – На которые мы купим корабль.

Еще нужны навыки управления им. Потом зарегистрироваться в пираты, а вот только потом…

– Мач! Не нуди! – хором закричали эти три бедствия, от чего пришлось если не подчиняться произволу, то разумно и молча грызть собственный палец для добычи красной жидкости.

А еще они как-то вместе и по-женски нашли общий язык, от чего мне было доложено, что Матильда пойдет на огромные жертвы и не будет себя вести как обычно.

То есть, спонтанно раздеваясь в самый неподходящий момент. Она даже себе новую одежду выбрала, такого фасона, чтобы все были довольны.

Одежду я оценил. Действительно, любой половозрелый мужчина сразу станет довольным. Жрица отказалась от своих длиннополых одеяний, из-под которых так умело сверкала всем, чем можно и нельзя, заменив их на свитер и юбочку вполне скромных цветов. Трикотажные. Мирного такого синего цвета.