Худший из миров. Книга 2.

— А чего персонажа не бросишь? начал бы заново в другом месте.

— Очки мастерства жалко, да и на новом месте начинать имеет смысл, когда у тебя хотя бы на пожрать что-нибудь есть. А у меня полная труба. Я когда договор заключил, думал буду здесь хорошо зарабатывать, и здесь таких мечтателей три четверти. Все сливки снимают главы города.

— Вот тебе и утопия, — с грустью произнес Олег, — ладно это все лирика, теперь я расскажу тебе кое-что о руде. Для того чтобы сделать какую-либо стоящую вещь, необходимо знать, что из куска руды можно сделать.

— И вы их видите? — не удержался Бырк.

— И я их вижу, сквозь свое зеленое стеклышко, — честно признался Олег, — теперь о моем предложении. Я буду в бешеных количествах слать тебе эту руду, так же мы приобретем тебе набор отличных инструментов. Но прежде всего нам нужно будет выиграть конкурс.

— Я же говорил, что освобожусь через шесть месяцев.

— Если ты выиграешь конкурс, и люди, нанявшие нас, смогут пообщаться с Хамером, то скорее всего ты обретешь свободу на много раньше.

— Я обоими руками за, — настроение у гоблина стало повеселей.

Вся проблема с замыслом аферистов упиралась в качество руды, она была вся дрянная и откровенно слабые вещи были практически все на эльфа. Камень, который Олег оставил Бырку в день ссоры был, пожалуй, лучшим из всех. А далее закипела работа, опытным путем новый консорциум установил, что для производства большой веши, например кирасы, необходимы несколько кусков руды со схожими характеристиками.

— Я вам говорил, что без хорошего инструмента у нас ничего не получится, — начал оправдываться Бырк глядя на кислую физианомию "талантливого аналитика".

— Не переживайте, Шура, — утешил коллегу Командор, — вам все равно этот кинжал в данный момент без надобности, вот научится наш мастер делать шедевры, и мы обязательно соберем для вас этот набор.

Вечером в доме Лореми у Олега состоялся важный разговор. Советник проводил специалиста в небольшую комнату, набитую различными вещами:

— Эх жаль я не знаю где твое колечко, — с горечью вздохну Лорими, — а то бы запер тебя в этой комнатушке. И трудился бы ты на меня за спасибо.