Пушистая катастрофа

Когда у тебя есть проблемы с законом, быть предсказуемым — худшее, что ты можешь сделать.

— Учту на будущее, — пообещала я с легкой досадой от того, что сама не додумалась. Ведь это было очевидно. Самое впечатляющее появление — то, которого никто не ждет.

Карету так никто и не остановил, я даже немного расслабилась, наивно посчитав, что Зафрэ оказался настолько умным, что просчитал ход мыслей волка и действительно навестит нас именно завтра, как и обещал, потому что Хельму этого почти не ожидает.

Не сказала бы, что я оказалась не права.

Зафрэ нагрянул во втором часу ночи, в дом командора городской стражи. В его спальню.

И слово свое сдержал, и все равно всех удивил…

***

Проснулась я оттого, что волк резко сел в постели, задев плечом мою подушку, отчего я скатилась на одеяло.

— Озверел? — рявкнула, ошалело встряхнув головой. Я уже привыкла к мысли, что здесь мне ничего не угрожает, и рядом с волком спала непозволительно крепко. И теперь пыталась успокоить бешено колотящееся сердце — я уже начала отвыкать от подобных встрясок.

— Тихо, — шикнул на меня Хельму, прислушиваясь к чему-то.

— Что случилось?

Я ничего не слышала, кроме его дыхания и шороха приминаемого лапами одеяла.

— Защита дома повреждена.

— Воры? — удивилась я. — А можно я их напугаю?

— Простые воры не смогли бы взломать защиту, — не согласился со мной волк, медленно выползая из постели. Говорил он тихо, словно боялся, что его могут услышать. Но кто бы его услышал, если мои уши утверждали, что поблизости никого нет? — Ее ставила Вирнэ.

Через несколько мгновений в коридоре послышался шорох.

— Кажется, четверо, — тихо шепнула я, встав на постели на все четыре лапы и неосознанно вздыбив шерсть.

Волк подкрался к двери, замерев слева от нее. На фоне темной стены он очень выделялся.

— Босс, должна тебе сказать, ты до жути бледный, — прошептала я. — Тебе бы почаще на солнышке бывать.

— Ты хочешь поговорить об этом именно сейчас?

— Но мы же все равно ждем… а те, кто к нам пришли, люди и ничего не услышат.

— С чего ты взяла?

— А ты прислушайся, как они идут, — предложила я, даже не подумав о том, что Хельму не может слышать всего, что слышу я. — Один идет тише остальных, но, хвост даю на отсечение, это потому, что он самый легкий.

Шаги затихли, и я замолчала, ожидая, что сейчас дверь откроется. Собралась, напрягла лапы, готовая прыгнуть на первого, кто покажется в дверном проеме.