Пушистая катастрофа

Если я сейчас дам слабину, через несколько секунд тут все будет гореть и детеныш может пострадать. — Мы мило побеседуем и разойдемся. Живые и невредимые.

Я обернулась на скромняшку, одновременно стараясь не выпускать артефактора из поля зрения. Рисковала заработать косоглазие, но справилась.

Флоренс не выглядела напуганной. Взволнованной — определенно, раздраженной — да, способной совершить глупость — вне всяких сомнений.

И куда только вся ее робость подевалась?

Меня тревожил ее пристальный оценивающий взгляд и кинжал в ножнах, что — я точно это знала — висел на ее ремне сзади и обычно был скрыт кителем.

— Мне не нужна смерть никого из вас, — сказал Зафрэ. — Я хочу только поговорить.

А еще запугать, намекнуть, что нам с ним не тягаться, и продемонстрировать свои исключительные таланты.

— Будьте уверены, я непременно передам ваше послание командору.

— Именно это я и желал услышать. — Он протянул мне руку. — А теперь позволь помочь тебе покинуть карету.

Я не хотела его помощи, от одной мысли о том, что придется дотронуться до Зафрэ, шерсть становилась дыбом, но позади меня сидела Эдит, которой на пользу затянувшееся знакомство с артефактором точно не пойдет.

И я послушно забралась к нему на руки.

— Анха… — жалобно позвала девочка, осознав, что меня у нее забирают.

— Все хорошо. Сейчас вы поедете. — Выглядывая из-за плеча Зафрэ, я старалась выглядеть уверенной, но уши так и жались к голове, непроизвольно, не желая меня слушаться. И хвост дрожал. — Еще увидимся.

— Значит, Анха, — только и сказал он, когда дверца кареты захлопнулась.

Я промолчала. Что тут можно было сказать, кроме «Отпусти меня немедленно, сумасшедший ты маньяк»?

С облучка, пряча в ножнах не запачканный кровью тесак, спрыгнул третий неблагонадежный тип.

Зафрэ недолго смотрел ей вслед, после чего, неловко удерживая меня и одновременно подкручивая часы на правой руке, что-то сделал.

Я видела, как все три его подельника проверили свои браслеты с быстро затухающими, вплетенными в кожаные ремешки камнями.

— Сильно талантливый, да? — недовольно спросила я.