Паутина времени

В любом случае, маршрут был задан, цель понятна.

Оставалось только наметить опорные точки плана.

Несколько раз я ловил на себе внимательные взгляды Эрика. Когда мы останавливались, чтобы немного передохнуть, мальчишка немедленно поворачивался в мою сторону и смотрел пристально и оценивающе. Не удивлюсь, если Алив сообщила ему о своих планах гораздо раньше, чем мне. Стыдно признать, но мне было ужасно любопытно узнать, чем же мальчишка так зацепил творца, что Великая мать сделала его своим любимчиком. Не силой же? Эрик, безусловно, обладал выдающимся даром, но не уникальным.

В такой нерадостной атмосфере мы выбрались из леса на широкий, пусть и размытый дождем тракт. Впереди за смазанной серой пеленой виднелись крошечные огни крепости.

– Князь Зулл… – скривился Дариил, – вот уж чей дом я бы предпочел обойти десятой дорогой.

Эрик тихо прошептал, что лучше не обходить, а проходить такие замки насквозь, оставляя за собой пепелище и мертвецов.

Чувство юмора у «приемного» Рита было отвратительным.

Если вообще было.

– С чего бы такая любовь? – уточнила Альга.

На огни она посматривала с тоской. Жене хотелось закутаться в плед, выпить стаканчик горячего вина и дремать под уютное потрескивание пламени в камине. А никак не обходить место для отдыха грязной «десятой» дорогой.

– Откуда вы свалились, леди? – улыбнулся Дариил, но послушно ответил. – Большего колдуноненавистника найти сложно. Говорят, у него какой-то амулет особенный есть, который любую волшбу останавливает…

– Так уж прямо любую? – мой скептицизм понять было легко – даже орденская магия, данная Алив своим служителям, не всегда срабатывала. Хель же, по неохотному признанию самой Убийцы, проигрывала в силе Пресветлой.

Так что, если сейчас в княжестве Зуллов правит безумица, это будет легко изменить.

– Знаете, ваша светлость, – усмехнулся я. – Опыт подсказывает, что нет более верного союзника, чем разочаровавшийся в прошлом господине фанатик.

Мальчишка покривился, но на Литта я не смотрел – все мое внимание сосредоточилось на Эрике. Он замер, словно я сказал какое-то откровение; несколько мгновений парень словно бы даже не дышал, только улыбался, а потом его взгляд на секунду – так, чтобы заметил только я – почернел.