Паутина времени

Юльтиниэль упрямо насупилась и, звонко цокая каблучками по мраморным плитам пола, прошла вглубь туда, где располагались столик и кресло. Когда Юля была маленькой, часто находила отца именно здесь. Он внимательно изучал родословную Ритов, отмечая некоторые страницы в большой тетради, будто что-то искал. Сам не знал, что надеялся найти в седой дали. Наверное, уже и творцы забыли про те годы.

Кстати, о творцах. Делать этого Юльке не хотелось, но выбора особого не было, и Крис вроде как немаленький: пару дней одному за заговорщиками последить вполне реальная задача.

– Хель?

Ответа не последовало.

– Убийца?

Где-то внизу протяжно скрипнула повозка графини, категорически отказываясь чиниться, аккомпанементом этому послужил лай пса, живущего на конюшне, и грубый окрик мастера, требующего, чтобы проклятое создание замолчало.

– Мам?

– Думала, никогда этого не услышу, – творец появилась незамедлительно. – Надеюсь, пока я отсутствую, твой муж не натворит никаких бед.

Юльтиниэль нахмурилась, но для начала все-таки уточнила:

– А если бы я не позвала именно так?

– Рискнуть стоило, – флегматично заметила Хель. – Конечно, я появилась бы в любом случае, можешь даже не сомневаться. Рассказывай, – почти приказала творец, подчеркивая, что она не намерена обсуждать собственные мотивы и впустую тратить время.

– Маришка пропала. Видимо, сквозь оставленную Алив трещину провалилась.Убийца задумалась, начав мерить библиотеку нервными мелкими шагами.

Походка у творца была пружинящей, будто бы Хель в любой момент готовилась сорваться с места. Она держала руки по швам, как приклеенные, и это смотрелось еще более нелепо. На лице женщины не отражалось эмоций, и догадаться, о чем в этот момент думала Убийца, было невозможно.

– Есть предположения, куда она могла попасть, и даже идеи, зачем это понадобилось рыжей врушке. Делиться не стану. Пока. Ни к чему. Поскольку я с вами, если это подтвердится, мы успеем. Лучше разбирайтесь с насущными проблемами.

Внезапно Хель замерла на месте, будто кто-то невидимый, подкравшись к творцу сзади, ударил ее мешком с мукой по затылку.

– Оу… – тонкогубый рот округлился, словно бы в изумлении. – Прости, дочь, кажется, твоего мужа только что похитили.