Паутина времени

Барон нас как сторонник интересовал мало – земли там имелся куцый-прекуцый клочок, к тому же Отт слыл тем еще трусом (и удерживался на месте только благодаря Нартену). Однако расширению власти Алив это было только на руку. Поэтому получив подробное описание нового творца и нюансов ее религии, а также четкие инструкции, что нужно сделать, чтобы Пресветлая мать услышала молитвы и одарила Оттов светом, мы выставили ошалевшего гонца за ворота и обменялись с Зуллом довольными взглядами.

– Что ж, Рит, – криво улыбнулся Нартен, – прямое попадание в историю нам обеспечено.

– Именно, мой друг, – согласился я, водя взглядом по карте и пытаясь понять, где же нам потом искать это проклятое сердце. Неужели по всему миру бегать придется?

Правда, перед Зуллом душой я немного покривил. Мне слава уж точно была не нужна – первым Ритом станет в летописях именно Эрик. А вот про Зуллов я вообще не помнил. И это было странно, учитывая, что именно Нартен первым оказался (не без моей помощи) под знаменами Дариила.

Мальчишка, кстати, напоенный зельем из крови лацертила, оживленно вырисовывал на клочке пергамента будущий знак своей империи и подбирал цвета. Эрик, вызнав у меня подробности и особенности нашего рода, уже набросал углем схематичный знак лилии и подписал, что он должен быть в серебряных и изумрудных тонах. Дариил почесал в затылке и, спросив разрешения, решил остановиться на этих же цветах – другие сочетания ему в голову не приходили.

Я же искоса наблюдал за метаморфозами, которые происходили с Эриком рядом с Литтом.

Холодный и довольно циничный юноша, подозрительно напоминающий кровожадного монстра, который натянул человеческую личину, превращался в самого обычного, немного озлобленного подростка. Он громко смеялся и немного неумело улыбался в ответ на улыбки Дариила.

А еще больше Эрика меня теперь заботил Василий.

Иномирец изредка флегматично одергивал норовистого коня по кличке Кусун, которого ему выделил Нартен.

И, кажется, тихо подремывал в седле. Точно ли про него говорил Данте? Наш мир открыт и достаточно благополучен и в него регулярно попадали какие-нибудь новые люди из смежных реальностей, легко ассимилирующиеся в нашем обществе.

Интуиция нашептывала мне, что слишком много совпадений указывают именно на то, что странный седой творец имел в виду именно моего друга. И в принципе, Василий действительно давал лишние поводы для размышлений.