Паутина времени

– Отдали! Сама же Алив сказала, что полностью отстраняется! Обманула! Рыжая врушка! Они все лжецы…

Все недавние усилия, брошенные на удержание рассудка, оказались напрасны – на меня смотрели лишенные и грамма сознания бледные глаза с тонкой игольной точкой зрачка.

– Кто создал тебя? Как они сделали это? Чтобы сделать еще больнее? Ненавижу… ненавижу!

В этот раз я смог ощутить направленное воздействие силы – Хель действительно пыталась меня убить. И не могла, проигрывая своей же магии. Я чувствовал проклятье в своей крови, оно кипело, причиняя боль, и в тоже время оберегало.

Сила Убийцы разбивалась о меня, будто волны о берег – черные капли ее ненависти и отчаяния, стекая на плиты пола, прожигали дыры в камне.

– Это мой мир! Зачем он сдался ей? Пусть насоздает еще сотни – я даже не притронусь к ним. Я просила оставить меня, позволить просто жить. Это так сложно? Она отнимает даже такую малость! Отнимает все!

Тяжелые пыльные шторы стекли к ногам, пламя в камине бесновалось так, будто бы пыталось сбежать из плена, а я отчетливо понимал, что еще немного, и князь Зулл распрощается не то, что с этими покоями, а со всем своим замком.

Не думая, я приблизился к Хель и сжал ее плечи, прижимая к себе, давая возможность снова почувствовать ее собственную силу – размеренную, спокойную, пульсирующую в такт моему сердцебиению.

Женщина забилась в моих объятиях, словно забыв, что она могущественный творец, проигрывая в самой обычной физической силе.

– Ты же знаешь, что Алив тут не причем.

Это не она отняла у тебя все. Вспомни, Хель, – настойчиво потребовал я, продолжая держать Убийцу в кольце своих рук. – Гэбриэла больше нет, – прошептал я, наклонившись к ней. – Он больше не причинит тебе боль.

– Больнее просто некуда… – тихо прошептала Хель, медленно приходя в себя.

– Думаю, все-таки есть. Это не только твой мир, и он не виноват в том, что с тобой случилось.

– А чей? – Убийца больше не пыталась вырваться, и я провел ладонью по ее спине.

– Например, мой. Я слишком много всего сделал, и хочу теперь жить долго и счастливо.

Хель завозилась и подняла на меня непонимающий взгляд – снова карий.

– Точнее, сделаю чуть позже… – поспешно исправился, заодно подкинув творцу небольшую подсказку.

Женщина нахмурилась. Потянувшись, она провела холодными пальцами по тонкому шраму на моем лице. Обрисовав его линию, идущую от правого виска к шее, Хель отступила на шаг, с любопытством рассматривая меня.