Смена статуса

Когда поехали дальше, Сеня выждал минут двадцать и изображая всё также полудохлого — для наблюдателей, что находились в передней кабине, за плотно прикрытой дверью с окошком — прополз за спину Куруша. Типа: «Мне так плохо, ну так плохо, что ва-аще!».

Но цель была другая.

Сеня эту фичу делал сначала по приколу. Потом, для того, чтобы исследовать. Но сейчас...

- Джай! - прошипел Сеня. - Что бы ни случилось, не оборачивайся! Прикрой меня.

Куруш угукнул и даже плечи расправил. А Сеня меж тем вытащил из-под своей иллюзии, что держалась несмотря ни на что.

Как среагирует ошейник — было весьма интересно. С одной стороны, он что-то там блокировал, преобразуя Силу в электричество. Но, как уже на первых же километрах уяснил Сеня, если его перегрузить, то... можно устроить выплеск Силы наружу. На что Сеня отчаянно и надеялся. Вытянул провод из-за шиворота, приспособил его на коврик, что проходил по центру тягача.

Ну и... «ДУНУЛ». Силой.

Немедленно пришлось прекратить. Ошейник сильно раскалился.

Со стороны Сени сия эскапада — акт отчаяния. И лютой злобы. Выстрел наугад. На «авось получится».

Прибытие в Замок Мау

Диверсия удалась. Хреново удалась.

Манок сработал, но очень слабо. И, тем не менее, охране досталось по самое «не балуйся».

Выглядело это так.

Где-то впереди, каравана, вдруг раздались панические крики: «Тревога! Нашествие!». И дальше зверьё посыпалось на дорогу с лесного склона, по которому проходила дорога. Лавиной.

Какая-то рогатая скотина поддела тягач, в котором находились школяры и чуть его не опрокинула. Водилы перепугались и остановили транспорт. Дальше в течение получаса шла битва, которую все слышали, но почти никто не видел — в фургоне были окошки, но очень маленькие, и смотрели они только на обочины.

А зверьё, быстро определив где самый кипиж и мясо, рвануло на охранников. Как потом выяснилось, были съедены или задраны все лошади охраны. Да и треть самой охраны полегла.

Вот именно - только треть! Хотелось бы большего, но...

В этот вечер Караванщик был особо нервный. Когда пил кофе, руки у него дрожали. Это он что, тоже принимал доблестное участие в отражении нападения зверей? Тогда жаль, что его тоже не схарчили.

И ещё жаль, что повторить — себя выдать.