"Тяжела ты, долюшка Кощеева"

Баба Яга покосилась на пятнистого. Глазки большие, ротик маленький...

— Тьфу ты! — повернувшись к коту спиной, подошла к окну. — Ты прямо идеал мужской красоты.

Кот довольно сощурился, и растянулся на полу.

— Да, я такой.

— Может, и мне себе глаза большие сделать? — задумалась старуха.

— Если бы ты намедни Кощея Бессмертного увидела, точно бы повылазили, — засмеялась на улице сорока, заглядывая в окно.

— А что с ним? — заинтересованно покосилась на нее Яга. Сплетни она любила. Ей по статусу было положено.

— Отрастил себе волосы до колен. Я чуть со смеху не умерла. Правда, потом постригся.

Баба Яга вздохнула. Эх, такое зрелище пропустила. А так бы хоть повеселилась на старости. Взгляд совершенно случайно упал на лежавший на полу журнал. Мужика бы ей. Только не какого-нибудь Иванушку — дурачка, а самый брутального, самый сильного, злодея. Чтоб не стыдно было и дрова с ним рубить, и под ручку перед соседками гулять. И все ведьмы да кикиморы обзавидовались.

Вот только вспомнив всех нынешних злодеев запал старухи пропал.

— Как же скушно — тьфу, — сплюнула она и, еще раз посмотрев на журнал, пошла за наливным яблочком на волшебной тарелочке. Решив посмотреть последние новости, но в печали, даже не заметив как это получилось — сгрызла. Остался от волшебного яблока один хвостик. Сколько она его не прикладывала к блюдечку, оно не работало.

— - Вот беда! Что же я наделала то? — горько вздохнула старуха, повертев в руках блюдечко, — Будто другого ничего съесть не могла, дура старая! И как я теперь узнаю, женится ли Леший на Маньке Кикиморе? Не зря же она в городе себе духи с афродизией купила.

— С афродизиаком, — поправил ее Васька.

— Не умничай. А не то на макушке тебе такую плямбу сделаю, что мамка твоя котия не узнает.

— Может, блямбу? — почесал за ухом кот.

— Ну все, буду я тебя Васька уму разуму учить! — разозлилась старуха, и схватив метлу начала его воспитывать.

— Не надо меня учить, я и так ученый! — кот бегал кругами, прячась то под скамейкой, то под столом.

— Умный кот, будет молча сидеть, и лизать место свое срамное, а не умничать!

— Я не умничаю! Я же не виноват, что когда я был котенком, в доме окромя словарей ничего другого не было!

В этот то момент и настигла пятнистого коварная метла.

— Я буду жаловаться в общество защиты животных! — закричал кот, и прыгнул на печь.