"Тяжела ты, долюшка Кощеева"

Мир на миг стал черно-белым, сердце остановилось, и Бессмертный чуть не умер, но стражники не двинулись с места. Терять было нечего, Бессмертный резко встал, и побежал прочь.

***

Телега уныло скрипела, а Ванька, вдоволь нарыдавшись, вдруг поинтересовался:

— А почему платье красное?

Тролль удивленно поднял бровь.

— Не красное, а синее!

Иван, услышав такое, оторопел. Ну уж красное от синего он-то отличить может. Но Спрут упорно доказывал свое, мол синее платье, и все тут!

Внезапно телега резко остановилась, и Иван, стоявший в полный рост и доказывавший, что платье таки красное — полетел в кусты.

— Вот возьму, и не буду на за тебя замуж выходить! — разозлился Царевич.

— А кто тебе сказал, что я буду на тебе жениться? Да на что ты мне нужна такая страшная!

Ванька совсем растерялся и не знал, что ему и думать. Он даже забыл ответить, что просто клыкастый в красоте ничего не смыслит. Его больше интересовало другое.

— А за кого же тогда я замуж то выхожу?

— За принца эльфийского, — ухмыльнулся Спрут.

— Что?! — Ивану показалось, что он сходит с ума, а может так оно и было. Иначе как объяснить все происходящее вокруг. Тролли привезли его сюда на свадьбу с эльфом?

— У нас подписан пакт о ненападении и мире, а в доказательство, мы должны женить наших принца и принцессу, — объяснил главарь. — Представляю, что с ними будет, когда они увидят такую красавицу!

Главарь и все тролли заржали во весь голос, некоторые даже попадали от смеха, представляя, как вытянутся от шока лица остроухих.

И тролли замолчали и напряглись.

— Улыбайся. Порази их своей красотой! — хрюкнул от смеха Спрут, за ним вторили другие, но смеяться им пришлось недолго, так как тело Царевича вдруг начало изменяться и спустя пару минут, вместо женщины на поляне оказался парень.

— Ты что, мужик?! — взревел Спрут.

— Я об этом вам все время говорил, а вы меня слушать не хотели, — напомнил Иван.

— Ты хоть понимаешь, что из-за тебя теперь война начнется?! Немедленно обращайся обратно! — бросился тролль к парню, и начал его душить.

— Да как я это сделаю-то? Слушать внимательно надо было! — прохрипел Царевич, разжимая мужские руки.

На поляну вышел Антейн в сопровождении отряда.

— Как я понимаю семейные разборки, — усмехнулся он.