Разведчик

В этот момент я очень хорошо понял — здесь у меня настоящая жизнь, рядом с Гермионой, сестренкой, мамой, Грейнджерами, именно здесь и есть жизнь, а то, что было — оно исчезло и с этим теперь надо как-то жить. Вот только артефакт не давал мне покоя…

— Нужна другая школа, — пояснил я. — А лучше, наверное, дома учиться пока, а то я всех поубиваю…

— Ну не поубивал же, — улыбнулась миссис Грейнджер, напряженно глядя на меня, что-то ей, наверное, не нравилось, даже на минуту поднялся страх, сразу же подавленный мной.

— Тем не менее, меня учили отвечать ударом на удар, а в случае опасности для сестренки, Мионы или вас, я буду бить насмерть, — объяснил я тете Эмме, при этом объяснении согласно кивнувшей.

— Значит, поучитесь дома, — хмыкнул дядя Марк. — Будете переходить в наш дом, туда придут учителя, поэтому будет почти школа.

— А обоснуем как? — поинтересовалась мама Мионы.

— Кардиологией обоснуем, — улыбнулся папа Мионы, отчего женщина кивнула.

Мы уже закончили разговор, когда пришел стражник, чтобы сообщить, что артефакт найден и изолирован.

— Такие решения, сынок, — сказал мне дядя Марк. — Имеет смысл принимать, когда ты вырастешь и будешь понимать, что говоришь.

— Понял, — кивнул я, решив сосредоточиться на учебе, сестренке и, конечно же, Гермионе.

— Вот и правильно, — погладила меня тетя Эмма по голове. — Придет время, и ты сам все решишь.

— Гарри, ты что-то скрываешь, — заметила Гермиона, от которой что-то скрыть было просто невозможно. — Это что-то важное?

— Это… — я тяжело вздохнул, крутя в руках флакон с воспоминаниями, принесенный Ищущими. Предполагая, что там находится, я боялся того, что увижу. — Это нужно посмотреть, когда мама вернется с работы и всем вместе.

— Хорошо, — кивнула кудрявая девочка, с подозрением глядя на меня, на что я сделал максимально невинное выражение лица, отчего она рассмеялась.

Оставалось только дождаться маму и всем вместе посмотреть воспоминания, куда входил слепок наблюдений поискового отряда и то, что хранила память тех, кого они нашли. Учитывая, что стражник сказал о членах семьи — это… Страшно даже представить, что это могла быть моя мать, ведь ее мертвой никто не видел.