Разведчик

— Камины не отвечают, ворота заперты, даже на метле не подлетишь, — объяснил ей мужчина. — Совы не пролетают, мы запросили Отдел Тайн.

— Хорошо, я немедленно подключусь к работе, — кивнула Амелия, устремляясь в Отдел Тайн. Новость была очень плохой — кроме малышки Сью у Амелии никого больше не было.

Почти бегом отправившись в Отдел Тайн, Амелия узнала, что Хогвартс по неизвестной причине перешел в режим круговой обороны и не пускает никого внутрь, да и, похоже, наружу тоже. Что именно произошло, женщина не понимала, распорядившись долбить щиты, пока те не будут пробиты.

Министр Магии, услышав о том, что Хогвартс закрылся, устроил шумную истерику, неожиданно уволив свою заместительницу и взяв на ее место полукровку, которую мадам Амбридж прежде… хм… не любила. Подобное изменение удивило и так нервную мадам Боунс, приказавшую проверить Министра на чары. Чары не обнаружились, а вот зелья в крови — да, но были уже нейтрализованы.

— Да, я знала о зельях, — подтвердила новая помощница министра. — Поэтому поила его нейтрализатором.

— Откуда вы узнали о зельях? — поинтересовался дознаватель Отдела Тайн.

— Мадам Амбридж заказывала компоненты, — объяснила женщина, после чего в бывшем кабинете Долорес был проведен обыск и через неделю женщина уже примеряла тюремную робу. На данный момент оставалось две проблемы — Блэк и Хогвартс. После объявления награды за Блэка, ловить его стали веселее, но Сириус будто бы провалился сквозь поверхность — его просто нигде не было.

***

Внимательно расспросив и осмотрев Геранию, врачи написали заключение о побоях, а психиатр приложил свое мнение о том, что ребенка избили в школе, после чего в больница передала бумаги в прокуратуру, где сразу же оживились. Но на этом проблема была решена. Петунья не понимала, что именно происходит, тем не менее, не решившись трогать Гарри — вид сына на больничной койке женщину обеспокоил.

— Пойдемте, поговорим, — предложил мистер Грейнджер, пока дети обнимались.

— Да, конечно, — заторопилась за ним женщина, еще раз взглянув на детей.

Выйдя из палаты, доктор Грейнджер заговорил тихо, чтобы его не было слышно из палаты, но четко, что позволило Петунье все хорошо расслышать.