Разведчик

Это надо было обдумать, но долго думать не получалось, потому что мальчик защищал ее всеми силами и от этого на душе девочки становилось тепло.

***

После уроков, которых сегодня оказалось немного — даже занятия с деканом не было, что тоже навевало соответствующие мысли, Гермиона зашла в заброшенный класс, решив поговорить с Гарри по душам, как это делала мама с самой девочкой. Желая очистить от пыли поверхность стула, мисс Грейнджер неожиданно заметила, что вся мебель в классе чистая, а дверь уже плотно закрыта. Удивившись и списав это явление на магию замка, девочка пригласила садиться непонятно почему волнующегося Гарри.

— Итак, Гарри, — видимо, кого-то копируя, девочка сложила руки на столе и фиксируя мои глаза своими, то есть сделав все то, что делать на допросе нельзя, начала соратница серьезный разговор. — Что с тобой случилось летом?

— Меня забил почти до смерти опекун, — честно ответил я. — После чего я прожил другую жизнь. Тетя говорит, что мама о таких вещах ей рассказывала.

— Ага… Это надо проверить, — сделала вывод соратница Грейнджер, сразу же забыв, о чем хотела поговорить.

— Пойдем в библиотеку!

— Конечно, — улыбнулся я. Вот поэтому для допроса всегда нужен план. А сегодня я, судя по всему, проскочил. Поэтому открыв дверь перед увлекшейся соратницей, отправился в сторону библиотеки. Уроков у нас пока не было, из-за чего соученики радовались последнему спокойному дню, ликвидаторы куда-то делись, а мы спокойно сидели в библиотеке.

Странно, но никто при мне не пытался назвать девочку «грязнокровкой» или еще как-то, чего она, по-видимому, не замечала.

Малфой нам не встречался, совершенно, что было еще более странным, ведь по хроникам, он прохода не давал Великой Грейнджер, стараясь показать свою звериную сущность. Тем не менее, Гермиона копалась в книгах, а я разглядывал справочник фамилий, сортируя цели. По всему получалось, что приоритетной целью является бородатый вечноживой… То есть, он цель номер один для диверсии. Завтра у нас зельеварение, трансфигурация и чары. То есть, другими словами: специальность, декан и скука.

— Нашла… — прошептала девочка, во что-то вчитываясь. Заглянул ей через плечо, а соратница что-то типа детской книжки читает — сплошная вода, типа «быть на грани», «увидит жизнь грядущую» и тому подобное. То есть — ничего интересного. — Пойдем, еще поговорим, а? — как-то жалобно у нее это прозвучало.

— Конечно, — улыбнулся я ей, следуя к тому же классу.

На этот раз девочку интересовало, почему я к ней так отношусь.