Путь Дракона – шаг 1. Планета Гончих

А жрец прекрасно знает замок и окрестности, в детстве, небось, каждый закуток облазил, да и хитрости ему не занимать.

— Какой ещё Гектор?

— Ну для тебя Его Супербие, а я его мальчишкой помню. Шустрый был, любознательный, всё вафли с кухни таскал.

Рой представил, как Вайтинагри ночью на цыпочках крадётся на кухню, и быстро помотал головой.

— Значит, жрец не раз бывал в замке?

— Не просто бывал, а жил лет с пяти и до колледжа. Он же сын Главного Советника при прошлом правителе. Да ещё и с Гектором погодки.

Рой машинально погладил залезшего под левую руку вожака. Большой Хвост довольно заворчал и ткнулся в колени, требуя продолжения.

— Так они с правителем друзья детства? Ну нет, я к жрецу не пойду, он же меня сразу сдаст.

— Вряд ли, — ответил Полесий, убирая посуду со стола. — У них всегда было соперничество. А после скандала с заговором и бегства бывшего советника на Альфу, совсем разругались.

— Интуиция? И вы туда же?

— Можешь назвать инстинктом, — пожал плечами хозяин. — Или чутьём. Способность на основании невербальных сигналов угадывать опасность в нас самой природой заложена. Это я тебе как биолог говорю. Только разум нередко мешает. Возьми тех же дингиен. У них в языке даже нет понятия «ложь», потому что бесполезно пытаться обманывать, сородичи сразу почувствуют.

— Я не привык полагаться на интуицию, — возразил Рой.

— Никогда не поздно начать.

Драконианец попросил время на размышление и утром сказал, что готов попробовать добраться до жреца.

— Сейчас как раз удачный момент, — обрадовался Полесий, — жрец проповедует в наших краях. Чтобы тебе в поселениях не показываться, Врестар приведёт его в лес, а Большой Хвост проводит тебя тайными тропками.

* * *

Через три дня Рой рассматривал через кусты овальную полянку, затерянную в глубине леса. У дальнего края на покрытом мхом валуне сидел жрец в сером балахоне, опираясь на посох. Перед ним недовольно расхаживал Врестар.

— Где носит этого зелёного недоумка? — долетел до драконианца ворчливый голос.

— Терпение, друг мой, одна из основных добродетелей, — наставительно отозвался жрец. — Лишь добродетельные познают счастье лицезреть Небесного Дракона.