Серая Дружина-5: Эликсир равновесия

– Какие были шансы, что ты согласишься на такое? А тогда все пошло бы кувырком: где мне было взять другую такую пару, кого ставить на место катализатора? Виолу с Джипсом? Эдмуса, извините, с Йехаром? Нет, постой… знаю. Ты согласилась бы, конечно. Ты бы сделала веселенький выбор: пожертвовать собой ради пользы общего дела, нет, к черту. Пусть уж этот выбор будет на мне, а с ним и предательство. Чтобы ты себя предавала ради высоких целей – я не хочу.

И опять отвернулся, так что мне стал виден только затылок.

– При чем тут дело? – поинтересовалась я устало. – Какое пожертвовать?! Я согласилась бы на это просто так, и почему – ты прекрасно знаешь, и знаешь, что венчание без настоящего чувства недействительно, так что ты меня мучаешь, зачем ты вообще все это говоришь?!

– Потому что я не думаю, что ты будешь со мной счастлива.

Просто как апельсин. Точно по-алхимически. И пальцы его сейчас машинально поворачивают круглый флакончик с плотной пробкой.

– Знаю, я теперь не Повелитель. Но алхимик по-прежнему. Читавший Книгу Миров. Убивавший. Характер мой, как понимаешь, остался при мне, кто знает, может, ради тебя я и мог бы веками сдерживать это, совсем перемениться… но в Питере я не выживу – задохнусь. А ты не выживешь со мной в глуши, Ольга, мы же из разных миров с тобой.

– Как раз из одного, – поправила я глухо. – И в любом случае – что ты ноешь? Если мы венчаны – это уже не исправишь.

Он повернулся ко мне с готовностью, и я с ужасом увидела, как его спокойное лицо снова становится отстраненно-холодным.

– Это можно исправить. Вот, – он приподнял круглый пузырек. – Однажды я тебе уже дарил кое-что полезное, теперь дарю то, что ещё важнее. Это сильнейшая модификация «Антиамура», какая есть. Трех капель хватит, чтобы погасить любую любовь, пяти – чтобы вызвать к человеку отвращение, семи – ненависть. После десяти капель ты будешь ненавидеть меня всегда. Если ты выпьешь десять капель этого эликсира – я получу возможность провести обряд расторжения сам, без всякой помощи.

Я смотрела на его расчетливое лицо и думала, что Йехар был прав: Веслав еще более склонен к самопожертвованию, чем светлый странник. И он в своей жертвенности всегда идет до конца. Сейчас – он не сказал ни слова о том, чем ему грозит подобное расторжение: это будет все равно, что отречься от своего медиума вторично.