Серая Дружина-5: Эликсир равновесия

Я даже почти поверил, что мы профессионалы. Но на этом Андрий не остановился: он им еще напомнил, что если они решат нам все-таки помешать… ох, как он пояснял разницу между злым Повелителем и доб… э-э… Веславом.

– Я всё равно не поняла, какая разница! – жалобно вставила Бо.

– А потом он им развернул такую ужасную картину будущего в свете их ошибок, что восторг переполнил меня вторично.

Я перевела полные вопроса глаза на Йехара.

– Макаренко, Игнатский, а также другие стихийники, вели себя очень пристойно, Ольга, – заговорил рыцарь.

Андрий гулко вздохнул из положения лежа.

– И я когда-то был таким же вопящим идиотом…

Я согласилась: был. Рвался уничтожать тьму не хуже светлой странницы Милии. Извечный вопрос дисциплины: темные стихийники и не пикнут, пока молчит Макаренко, а светлым Игнатский традиционно не указ.

– Так в чем проблемы?

– Ну, когда Андрий закончил говорить, Канцелярия решила последовать его совету и быть Канцелярией…

Я только застонала, вообразив себе соединенную мощь бюрократии в лице Игнатского и Макаренко. А уж если подключился еще и Грушняк…

– Они потребовали отчета с самого начала?

– Йехар хотел начать с первой миссии, – пожаловалась Бо. – Мы не дали. Ой, а Веслав на кухне, да? А как же мы будем кушать?!

– Я буду добывать пищу через окно, – успокоил Эдмус с дивана, – рискуя жизнью.

И сожрал пролетавшую мимо муху. На легкие закуски запрет не распространялся.

Итак, шефы учинили компании форменный допрос. Отдельные подробности Йехар оставил при себе, но против кого идем – этого скрывать не стал. Раскрыть тайну Небироса рыцарю пришлось, дабы их просто отпустили живыми.

– Думаю, они нечто подобнее предполагали, – заключил он, – нихиллы… Повелитель… хотя наше сообщение их поразило. Поразило Макаренко и Грушняка, – поправился он. – Оля, твой начальник…

– Живет с чувством, что конец света – через десять минут, и завершить дела он все равно не успеет. Я в курсе. Так мешать они не будут?

– Нам предложена посильная помощь, – рыцарь развел руками, – однако в той ситуации, в какой очутились мы – не постигаем, откуда она может явиться.