Серая Дружина-5: Эликсир равновесия

Даже Андрий, который чуть сдвинул с себя пантеру и теперь пытался слушать.

– А уж без тебя бы я прожил с удовольствием, – начал Веслав, переходя к своей теневой сущности. – Сколько ж ты мне крови попортил, Повелитель, чтоб тебе белены обожраться! Книга Миров! Отречение! Каждый мой день после него!

Губы теневого двойника тронула язвительная ухмылка.

– Ненавидишь меня?

– Еще как, - отозвался Веслав. – Но надеюсь скоро перестать. Ненависть – твое оружие, нет?

– Игнорируй его, – предложил Алхимик, но на него опять цыкнули.

– А безразличие – твое.

– Ненавидь меня! – живо предложил Тень, так живо, что Эдмус не выдержал и подал реплику:

– Лучше сделай ему больно…

Веслав фыркнул. Затем тихо повторил:

– Заткнитесь оба. Я уживался с вами тридцать шесть лет. Если сил хватит, сам решу, что с вами делать дальше.

– Мы – это ты! – в один голос, но с разными интонациями.

– Хто вже тхы тшакой?! – взвыл со своего места Аскольд, который так и окаменел, зажав в руке найденную челюсть.

Веслав пожал плечами и без малейших усилий сделал шаг внутрь алхимического контура.

– Я? Человек.

Сказанные слова словно отразились от стен и несколько секунд звучали в комнате вечным припевом нашей четвертой миссии: «Я человек… человек… человек…» На миг заклубилась дымка, сперва серая, потом черная, а когда рассеялись и та, и другая, Веслав стоял в круге один. Алхимик и Повелитель Тени. Красная полоса вокруг лба снова была всего лишь следом от ожога, глаза ожили, но аура налилась темнотой.

В наступившей тишине Аскольд с очень несчастным звуком поместил свои зубы на место. Он поднял руки, собираясь то ли бить, то ли заслоняться, но Веслав наставительно помахал пальцем:

– Я человек, но с кое-какими способностями. И я свою часть уговора выполнил. Слушаю.

Глаза Аскольда стали почти совсем волчьими. Он как-то набычился, как перед прыжком, но выдавил из себя только два слова:

– Дувальд и Святослав.

– Кто из них? – последовал вопрос. Дружина молча внимала.

– Ни один, это известно всем.

– Меня не интересует то, что известно. Кто из них мог…?

– Святослав.

– Почему?

– Врожденный алхимик.

Веслав как-то странно дернулся при этих словах, что-то прошептал про кровь, а потом как ни в чем не бывало выдал:

– Спасибо сказать не могу, потому что прием был не ахти какой… ну ладно, идемте!

И он повернулся к Аскольду спиной со скучающим видом.