Марья Бессмертная

— Куда на ночь глядя-то приспичило?

Впрочем, едва я пересказала все, что узнала от Яра, он мрачно согласился:

— Да, пожалуй, и впрямь ехать надо сейчас. Без сил чародейских сражаться сложнее будет. Буди конюха, он тут, за стенкой, рядом с остальными конями дрыхнет.

Конюх — коренастый мужичок по имени Вася — был обнаружен незамедлительно. А через несколько минут, растерянный и искоса опасливо поглядывающий на клыки, оседлал коня, навесил сумки и помог мне забраться в седло.

— Ладно, Вася, не поминай лихом, — попрощалась я и, пнула Коня пятками, посылая вперед.

Конь остался стоять как вкопанный. Я снова пнула и поторопила:

— Н-но! Чего стоим-то?

— Еще раз пнешь, пойдешь пешком, — недовольно предупредил Конь, и мы все-таки выехали со двора корчмы. 

Луна зашла за тучи, показываясь лишь изредка, так что темень вокруг была, хоть глаз выколи. Где-то ухал филин, лес тревожно шумел ветвями, да издалека, еле слышно, доносится волчий вой. И вот среди всей этой идиллии по ночной дороге скакали мы.

Вид со стороны, уверена, открывался весьма колоритный.

Вороной конь, полыхающий багровыми глазами. На коне — некто в темных доспехах с литыми черепами на плечах, черным плащом, развивающимся за спиной, и посохом в руке. Причем навершием посоха служит череп, из глазниц которого бьет мертвенно-зеленый свет.

Не знаю, как местные разбойники, а лично я, повстречав такое посередь ночи, если и не умерла бы на месте от страха, то постаралась убраться с дороги на максимально далекое расстояние.

А вот Конь, как оказалось, считал иначе.

— Яр, не свети мне под копыта! — уже через несколько минут после отъезда потребовал он. — А еще лучше вообще не свети. Я и так все вижу, мешаешь только!

— Это Марья так посох держит, — буркнул череп. — Я-то тут при чем?

— А я вообще могу не держать, — я зевнула. — Я подремать хочу. И тебе советую.

После чего, не обращая внимания на возмущенное ворчание Яра, вставила посох в специальный держатель и откинулась на высокую луку.

Волшебное седло приятно укачивало, а сквозь защитный полог проникал лишь легкий прохладный ветерок.

Красота-а! Я расслабилась и вскоре действительно задремала, лишь периодически открывая глаза и убеждаясь, что все в порядке. Оживилась лишь под утро, когда небо посветлело, а мы свернули с нахоженного тракта на узкую колейную дорогу, заросшую травой.

— Куда это мы? — поинтересовалась я, сбрасывая сонливость.

Эх, кофе бы сейчас! 

— Впереди Залесье, — пояснил Конь. — А нам к болотам надо.

— А-а.