Ведьма жжет, или отбор для императора

— Ценю Ваше внимание, мой император, — скромно потупила взгляд, — но я в Вашем любовном треугольнике участвовать не буду. Вас там и так больше двадцати, — я слабенько улыбнулась.

— Ценю подобную прямолинейность, Лисси, — монарх отпустил меня из кольца рук, — тогда оставлю Вас и позову прислугу.

И вышел. Интересно, чем мне грозит весь сегодняшний фарс?

— И как это понимать? — ласка вспрыгнул ко мне на руки.

Ответить не успела, так как зашли девушки дворца и стали помогать мне раздеться. Заодно оповестили, что завтра состоится прием в саду, на котором будет пресса и представители всей аристократии.

Расположив меня на кровати и пожелав спокойной ночи, горничные удалились, перешептываясь между собой. Как нес меня Милир, видел весь дворец.

Герман, кружась на одеяле, тихо проворчал:

— Объяснения-то будут, Лисси?

— Мне бы самой хоть что-нибудь понимать, — в задумчивости проговорила я.

В дверь тихонечко постучались. Ну не дворец, а общественный туалет. Уверена, что сегодня в тронном зале такой проходимости не было, как в моей комнате.

— Войдите.

Ко мне прошмыгнула Кора в ярко-синем пеньюаре, позвякивая двумя бокалами.

— Ты так пришла? — моя челюсть отпала. — Тебя не видели лакеи?

— О, брось, — махнула подруга рукой, — сегодня гвоздь программы ты и твои покатушки на драконе-дознавателе, — и подмигнула мне. — Даже если будут сплетничать о моем виде, я просто потеряюсь на твоем фоне.

Герман, открыв один глаз, едко заметил:

— Хорошо, что никто не видел, как ее на руках в комнату заносил Его Величество.

Кора засияла, как золотой соверен, и глазами еще поводила для верности.

— Разговоры всегда ходят, — я вяло отреагировала на колкость от фамильяра и воодушевленный взгляд оборотницы.

Раздался звук вытаскивания пробки из бутылки. Это я в своей задумчивости пропустила, что Коралина Мартинс одновременно может совмещать три вещи: сплетничать, поправлять платье и прическу и открывать вино. Браво, дорогая, ты настоящий друг.

— Тогда и мне налейте, — зафыркал фамильяр, — такой нервный день.

— Так, рассказывай все сначала, — разлив по бокалам вино и отдав мне мой, Кора наколдовала из наволочки миску для Германа. — Как прошел ужин с Его Величеством? Судя по замечаниям нашего друга, он покорен и отбор закончен.

— Ну, как сказать, — я все еще перебирала в голове образы с императором и детали нашего разговора, — мне не очень тонко намекнули, что готовы взять меня в гарем или просто любовницей.

— Даже так? — Кора покраснела.