Ведьма жжет, или отбор для императора

Юная девятнадцатилетняя блондинка с синими глазами, во время завтрака часто говорила невпопад. Я и Арлинда переглянулись; надеюсь, эта строгая женщина возьмет ее под свое крыло.

Деса Ольнея де Гринберг, дочь герцога де Гринберга, одного из самых богатых людей в стране. Запомнила я ее по надменному лицу. Видимо, девушка считала, что я и Кора ей не ровня. Посмотрим, дорогая, как пройдет отбор для тебя.

Деса Жизель Арверас, драконица. С ней мы были заочно знакомы, так как ее брат близко общался с моим, но мы никогда не встречались — сказалась разница в возрасте.

Девушка была темноволосой красавицей, как и присуще драконам. Прекрасно поддерживала беседу, вела себя как истинная аристократка-умница. Пока болею за нее.

Деса Ирлисса Дамарис — тоже драконица и тоже мне понравилась. Как правило, у драконов очень красивые тонкие черты лица, все представители этой расы обладают темными локонами и карими глазами. Ирлисса исключением не была, и также отличалась безукоризненной вежливостью и почтением ко мне.

И последняя, Лидия де Врие — рыжая, как спелый плод карамболы, с веснушками, рассыпавшимися по всей мордашке, зелеными глазами и воинственным поведением. Посмотришь так на нас двоих и задумаешься, кто же из нас ведьма. Де Врие — человеческие маги. Ее отец стал великим артефактором, и девушка обладала этим же даром. Она явилась на завтрак, в отличие от остальных, не в платье, а в брюках, корсете и зеленой рубашке. На голове держались окуляры. Видно, что этот отбор ей нужен как мертвецу мозги.

Таких я уважала — девочка хотела оставить след за собой, а не быть обычным придатком у мужчин. Поможем.

В целом завтрак прошел хорошо. Девушки немного оттаяли, перестали смущаться. Этому очень помогла Кора. Когда вся эта компания узнала, что помогает мне не только строгая блюстительница этикета, но и самая известная модистка Аридии, девушки весело защебетали о последних веяниях моды. Несчастная Арлинда, которая про одежду знала только одно: костюм должен быть практичным, чтобы было куда пассатижи спрятать, не знала, куда себя деть.

Я сочувствующе положила руку на ее кисть: пусть не думает, что я злобная и пафосная мегера, могу и добренькой побыть ради разнообразия.

Как ни странно, она посмотрела на меня с благодарностью. Вот и маленькая победа — миром правит любовь и добродетель, а они, как известно, слепы и злы, иначе Арлинда от одного касания ведьмы так не размякла бы.

— Десая Риверс, — услышала я высокомерный голос с другой стороны стола.