Артефакторы-1: Синий, который красный

– Объяснить… ах, хорошо, – Экстер с некоторым трудом отвел затуманенный взор от пышущей гневом Бестии и изящно повел рукой в сторону своего кабинета.

Фелла проводила удалившихся мужчин крайне нехорошим взглядом и возобновила свой путь по коридору. Она уже не особенно торопилась: трудно куда-то торопиться после того, как тебя пару раз обо что-нибудь стукнули.

И потом, по пути непременно требовалось продумать планы мести.

* * *

Это был первый на памяти Кристо случай такого быстрого исчезновения из кабинета всех теориков.

А ведь Бестия сказала всего два слова с порога:

– Покиньте кабинет! – ну, они и покинули, как только посмотрели на ее лицо.

Кристо хотел сигануть вместе с остальными, но забыл, куда надо направлять магию: в ноги или лопатки?

Тут он пристальнее посмотрел на лицо Бестии и решил, что даже если просто выпрыгнуть из окна – он целее будет.

Когда он собирался выполнить это храброе намерение, Фелла вдруг взмахнула рукой – и окна захлопнулись, а потом еще и задраились ажурными решетками.

Кристо отважно уполз под стол, надеясь, что этот стол не начнет на нем отплясывать. У него уже был печальный опыт на одном из уроищ.

Но Бестия, похоже, его не заметила. Ее глаза, оба карих, немигающих, холодных глаза были прикованы к фигурке Дары. Артемагиня так и сидела на парте, небрежно болтая ногами.

– Встать, – свистящий шепот Бестии заставил Кристо приподняться и набить себе шишку о стол. Дара не шевельнулась и со скучающим видом поворачивала в пальцах шарик оникса.

– Я сказала – встать, когда с тобой говорит…

– Завуч школы. Вы только завуч этой школы.

– По совместительству – глава оперативных звеньев.

– Звеньями руководит директор.

– Директор, – Бестия презрительно изогнула губы, – не может руководить даже самим собой… встать!

Мощный силовой удар буквально вынес парту из-под Дары. Секунда – и она бы пролетела вместе с мебелью полкласса и остановилась бы об стенку, но в последний миг девушка спрыгнула и размеренно произнесла:

– Что-то вы злая сегодня.

Кристо от ужаса и любопытства вылез из-под стола, а Бестия не взбесилась еще больше, потому что и без того была в стадии гнева «Еще капельку – и вокруг меня будут трупы». Следом шла стадия «Полный Альтау», но из живых ее не наблюдал никто.

– Ты посмела, – она цедила слова из-за плотно стиснутых зубов, – пачкать своими шуточками День Великой Сечи.