Ловушка для ворона

Одновременно сильно, чтобы я не ушла, и одновременно мягко, чтобы отпустить, если мне вдруг действительно этого захочется. Так меня ещё никто не держал. Да и я сама так не смогла бы, постоянно играя в перегибы. То пытаясь насильно затянуть человека в свой мир, как это было с К., то отталкивая, как это было… со всеми остальными.

В комнату заглянул тусклый свет — наступал рассвет. Мы с Морганом молча смотрели друг на друга. Я, развернувшись к нему и повернувшись на бок. Он, всё также сидя на полу у моей кровати и не отпуская моей руки, как будто ему нужен был кто-то, чтобы держаться на плаву.

Морган выглядел измученным, на его лице виднелись царапины, волосы были растрёпаны, алмазные глаза покраснели. Уверена, я выглядела немногим лучше. Нам предстоял долгий разговор. Ни о каком сне, конечно, и речи не могло идти. Поэтому я предложила:

— Там ещё остались эклеры. Хочешь чай? Наверно голоден.

— В мире может твориться безумие, но что-то остаётся неизменным. Ты и эклеры.

— Раздражает?

— Успокаивает.

Уже через пять минут мы сдвинули кровати и разложили на них еду, которую вчера предусмотрительно успел купить Морган до того, как прыгнуть с крыши. Безумие безумием, а поход в продуктовый по расписанию. Боги, идеальный муж бы вышел.

Эклеры, шоколадки, ягоды и сэндвичи с лососем украсили одеяло, а мы сели друг напротив друга. Так мы делали с дядей. Усаживались и придумывали сказки о счастливом будущем, поедая пирожные.

Сейчас же было не до сказок.

— В записке говорилось о «падальщике»‎, так называют воронов… И кровь ворона... Это намёк? Тот, кто оставил послание, знает о тебе?

— Вероятно, да.

— И многие знают?

Мужчина покачал головой, нахмурился и сделал несколько глотков кофе.

— Никто не знает.

— Этот никто, судя по всему, ещё и следит за нами, — я засунула в рот кусок шоколадки и удивилась, насколько буднично прозвучал мой голос.

— Для начала можешь перестать сдерживаться. Я знаю, у тебя сотни вопросов, — Морган улыбнулся, хитро прищурился и, не дав мне возразить, продолжил. — И я благодарен, что ты пытаешься не ранить мои чувства, но я готов тебе всё рассказать. Я хочу, — и в ответ на моё немое удивление усмехнулся:

— Вряд ли будет хуже, чем вчера.

О да, с этим я была согласна. Поэтому кивнула и приготовилась слушать.