Артефакторы-2: Серая радуга

В эту секунду одна из девушек – милашка лет восемнадцати – с ослепительной улыбкой поприветствовала его ударом под дых, и следующую тираду Макс вынужден был выслушать уже на коленях. Вторая милашка, помладше, четким боевым приемом сшибла с ног невовремя дернувшегося Кристо, уселась на него, как на дорожный чемодан, и добавила сверху по голове. Дара не двинулась с места, поэтому две близняшки ее возраста пока ее не трогали.

– Те-те-те… ну вот, теперь ты зачем-то ругаешь мой язык. Я же никогда не ругал твой? Возможно, пару раз я хотел тебе его вырвать… я не говорил тебе? Что-что, Макс?

– Убери… своих… одалисок! – прохрипел Ковальски.

Его как раз нежно душила девица, которая вполне могла стать воплощением мечты юного поэта. До тех пор, пока поэт не вздумал бы с ней рассориться.

Кривоногий смешной человечек дал знак отмены, попутно наградив «одалисок» редкозубой улыбкой.

– Горячие девочки, – с удовольствием сказал он. – Быстро учатся, но в жилах – раскаленная сталь, – акцент у него почти совсем пропал.

– Плохо. Сталь боится остынуть, боится смерти. Вот ты никогда не боялся, а, Макс? Помню, как ты пришел ко мне в первый раз…

Макс использовал болтовню Ягамото прежде всего, чтобы поймать взгляд Дары и едва заметно качнуть головой: не делать глупостей. Нрав бывшего шефа он знал отлично, а уж местный гарем («Нет, Макс, я не скажу, где их готовят и откуда я их беру, хи-хи-хи, а то обзаведешься таким же») – при надобности мог замочить взвод «Блэкуотер»[1], а руки у артемагини на виду, ей не дадут шевельнуться.

– …когда смотрел, как я наказываю тех, кто провинился… или присвоил то, за чем их послали, или хотел обмануть, или пытался донести. Остальные боялись, да… а ты вот как-то даже высказывал мне неодобрение одним наказанием… хотя что тебе было до того… как его звали, Макс? Я говорил тебе – ты слишком принципиальный для своей работы. Но я за это тебя и взял – человек принципа всегда сделает дело. Принесет что сказано, не уклонится от задания, не украдёт вещь, за которой его отправили, потому что это было бы…

Ягамото протянул руку, и одна из его телохранительниц вложила в ладонь длинную самурайскую катану.

Максу приходилось видеть, как шеф управляется с этим оружием, а уж если вдруг к катане прибавлялся деланный акцент – пиши пропало.

– Гуде бурасрет, Макс?

Ковальски молчал. Вопрос касался артефакта, который ему пришлось уничтожить больше девяти месяцев назад, а вообще-то, артефакт должен был быть доставлен Ягамото.