Артефакторы-2: Серая радуга

Но коридоры, такие же убогие, как здание снаружи, были пустыми и скучными настолько, что челюсти Кристо свело зевотой. Вторая дверь, в которую они вошли, была уже двойной, да к ней ещё была какая-то дрянь подцеплена – сигнализация, что ль. Хорошо, Дара за восемь месяцев здорово научилась такие вещи вскрывать (от Ковальски, что ли?), за три минутки управилась.

Им открылось что-то вроде Хламовища артефактория, только комната, захламлённая всяким мусором, была поменьше, а мусор был упакован в коробки, из которых гнусным образом выглядывал.

Из пыльно-паутинной тиши выступали зазубренные лезвия, гнутые железки непонятного назначения, какие-то вазы и стопки книг. Фонарик Кристо не справлялся со всем этим разнообразием: на такой барахолке можно было торчать годами, выискивая то, что тебе нужно. Но Дара прикрыла глаза, коротко провела рукой – и уверенно сняла сверху крупную, обвязанную липкой лентой картонную коробку.

− Посвети, − шепнула она, опускаясь рядом с ней на колени и доставая из кармана перочинный ножик.

Под слоем картона оказался еще один. Потом еще и еще. Коробки становились меньше, терпение у Кристо тоже шло по убывающей – что за шутки? Груда картона на полу росла, а Дара целиком ушла в потрошение коробок и занималась этим делом со страстью ребенка, который разворачивает подарочки на Звездный День.

− Ага, − наконец чуть слышно порадовалась она, вертя в руках шкатулку размером пядь на пядь. Кристо дернулся было ее остановить, нет, куда! Открыла шкатулку и голосом, каким говорят со старыми знакомыми, произнесла:

− Вот и ты.

В шкатулке лежал орешек. Сперва Кристо так и показалось, потому что размером эта штука была с грецкий орех, только черная. Вот только на фоне черного бархата он сперва не рассмотрел игл, которыми была утыкана безобидная вроде вещица.

Или нет, она состояла из игл. Тонкие шипы вырастали со всех сторон маленького шарика и выглядели острыми, но хрупкими и совсем неопасными. Вот на это Кристо не купился. Все сходились на том, что он не семи пядей во лбу, но после практики в артефактории тебе в капельках росы зенки Холдона начнут мерещиться.

Кристо убедился, что Дара захлопнула шкатулку и засунула ее в холщовую сумку, и с чувством выполненного долга повернулся к выходу…

И вместо призывно распахнутой двери наткнулся глазами на неприветливую и бледно-призрачную в полумраке физиономию Макса Ковальски. Выражение этой физиономии, как и сложенные на груди руки Макса говорили: «Ну, деточки, вы заигрались».