Разборки Олимпийского Уровня

Ну и на фиг это богам нужно? Они ведь хотят, чтобы хитроумный царь Итаки им монокристалл со звёздными картами нашёл, а не хренотень какую-нибудь, смастерённую Гефестом во время очередного приступа инженерного умопомрачения.

Да Одиссей вообще был в Аттике на данный момент самым ТРЕЗВОмыслящим греком, поскольку гуляла Аттика по поводу окончания Троянской войны так, что Олимп, если бы он, конечно, всё ещё висел над несчастной Грецией, ходил бы ходуном.

Но Олимпа не было и об этом скорбном обстоятельстве знали одни лишь бессмертные боги, переехав в не менее удобное, но, правда, более мрачное царство Аида.

Посейдон, в принципе как и Одиссей, был э… не совсем, конечно, уместно, но назовём его так – человеком слова. Раз он дал Телемаху с друзьями твёрдое обещание помочь найти Одиссея, то он обещания этого своего строго придерживался. Другое дело, что лукавил немного повелитель морской пучины. Самую малость лукавил, разводя корабли героев. Но иначе было нельзя, а почему уже пояснялось выше…

В общем, приплыл Телемах к острову волшебницы Кирки.

Пристал корабль Телемаха к острову, а Кирка его как увидит (Телемаха, а не корабль) так и закричит на весь остров: «Нарциссик, милый мой, ты всё-таки вернулся ко мне».

- Не понял, - наследник Итаки посмотрел на также мало врубившихся в происходящее друзей.

Взмахнула руками волшебница, и тут же возникло на ней белое подвенечное платье, а в руках замерцал букет из бледных цветов асфодела.

- Так это же злая колдунья Кирка, - ахнул Паламед, не веря своим глазам. - Известная эллинофобка. Она греков в свиней превращает.

- Как ты сказал? – удивился Телемах.

- Назад, - проревел Паламед. – Гребцы, скорее за вёсла. Полный назад.

- Полный что? – гребцы обалдело переглянулись.

- Иди же в мои объятия, Нарцисс, - кричала на берегу сумасшедшая дочь бога солнца.

- Это она мне что ли? – переспросил Телемах.

- Да нет, - ответил Паламед, - это она нашему кормчему. Правда, Эсхил?

Дряхлый одноногий старикашка, сидящий на носу корабля, беззубо улыбнулся.

- Вот видишь, - обрадовался Паламед. – Он тоже её знает.

- Что ж, - наконец принял решение Телемах, - пожалуй, мы снова опоздали, и высаживаться здесь не имеет никакого смысла. Эй, мужики, посадите в лодку нашего кормчего. Нельзя лишать влюблённых счастья встречи после стольких лет разлуки.

Протестующе отбивающегося целой ногой Эсхила, греки тут же с гиканьем выбросили за борт.