Сделаю, что смогу

- Давай так, я пойду вперёд, а ты с лошадьми иди потихоньку за мной, если что бежим назад.

- Хорошо, хозяин. Будьте осторожны!

Передав повод Беркута Круглому, я не спеша пошёл вперёд, стараясь держаться противоположной от осыпи стены. Через минуту сзади раздались звуки цокающих копыт. Отойдя от поворота метров сорок, я вдруг услышал, как сзади, загрохотали осыпаясь камни и, обернувшись, увидел, что Томас, пропустив лошадей вперёд, медленно отступает от валуна, который перекрывал проход. И тут же раздался его крик, - ХОЗЯИН!

Что там произошло мне не было видно из-за лошадей.

Оббежав наших скакунов, которые пройдя немного вперёд встали, я попытался рассмотреть, что случилось.

Круглый стоял лицом к заваленному проходу. Выхватив из своей перевязи метательные ножи он дважды в кого-то их метнул и бросился ко мне.

- Хозяин!!! - В его голосе слышался страх, но добежав до меня он остановился и развернувшись к неизвестному врагу вновь достал пару клинков.

Я сначала не понял, в кого он их кидал, валун, который мы обходили так и лежал, загораживая проход, вот только почему-то немного выше по склону.

Больше там никого не было. И вдруг я заметил, что этот камень стал съезжать вниз, скатываясь в нашу сторону.

Твою дивизию!

Этот валун потихоньку двигался к нам! Причём камни, по которым он катился, как будто прилипали к нему, как к снежному кому, и он становился всё больше и больше. Прокатившись несколько метров, он остановился, и по нему пошли какие-то волны, или судороги, и все камни, что он насобирал, стали впитываться в него, а сам он стал круглым, как шар для боулинга, вот только размером с внедорожник.

Мы с Круглым стояли и смотрели на всё это раскрыв рты.

Чувство нагревающегося браслета вывело меня из ступора. Ого! Похоже дело дрянь! Вытянув руку в сторону шара, я растопырил пальцы – молния не заставила себя ждать! Жахнуло прилично, от камня отлетело несколько небольших кусков, которые тут же подкатились назад и впитались в это… в эту… Короче, вернулись на место.

А на камне тем временем появилась прорезь, очень напоминавшая щербатый рот, а над этой прорезью ещё две, поменьше, в которых загорелись тёмно-красные огни.

Этот бильярдный переросток чуть-чуть катнулся вперёд, причём рот и глаза остались на тех же местах.

- Попробуй в глаз, - посоветовал я Томасу.

Тот моментально кинул два ножа, причём один в глаз, а второй в пасть этому каменному колобку.