Тайны Кипеллена. Дело о благих намерениях

Подкатив к площади перед зодчекским Управлением Ночной стражи, дилижанс нервно задёргался и увяз в толпе.

— Пешком надо идти. Не успеем! — сквозь нарастающий гомон донёсся дрожащий голос нервного стражника.

Спорить было не с руки, да и сидеть за решётчатым окном дольше необходимого, не хотелось. Лучше уж размять всё ещё ноющую после путешествия на баркасе ногу. Распахнув дверцу, я вылез на брусчатку и замер. Казалось, на площади собрались все жители Зодчека. Их глаза горели праведным огнём, а разгибающиеся в такт выкрикам руки побелели от напряжения.

— Долой произвол! Бессмертие для всех!

— Что происходит? — зашипел я, поймав нервного стражника.

— Они рехнулись, рехнулись! С утра ходили по улицам, а теперь вот добрались до площади!

— И чего хотят?

Говорить приходилось в самое ухо, иначе шум толпы перекрывал все звуки.

— Зелье какое-то…

Стражник задёргался сильнее обычного, но я лишь сжал пальцы. Когда-то давным-давно в Кипеллене, уже встречался с таким помешательством. Один обозлённый алхимик, у которого студент-живописец увёл девчонку, подсыпал на кухню булочной, стоявшей у стен Школы, повторяй-порошок.

Свежей выпечкой отравились не только учащиеся, но и половина преподавателей. Лопать местные булочки любили все без исключения. Правда, в тот раз, за пристрастие к сладкому им пришлось заплатить. Бегали как чумные и выкрикивали, что хотят стать птицами и улететь в тёплые края. С такими же совершенно безумными глазами и расползающимися по лбу и щекам желтушными пятнами.

Я присмотрелся к ближайшему молодчику, который так тряс рукой, что она уже должна была оторваться.

Один в один. Те же гримасы, пожелтевшая морда и рваные, дёрганые движения.

— К чёрному ходу, быстро, — прорычал я, и подтолкнул нервного стражника в спину.

Мы обогнули обезумевшую толпу, продолжающую требовать чудесного зелья, и заскочили в тёмный тупик позади управления. Пришлось долго стучать в тяжёлую железную дверь, прежде чем в открывшемся окошке показалось заспанное лицо часового.

— Что за шум, всех пресветлых поразбудили, — недовольно промычал он, отпирая засов.

— На посту дрыхнешь! — рявкнул я и, оттолкнув его в сторону, бросился вперёд по коридору, сунув трость подмышку

Нервный стражник едва за мной поспевал. Иногда, правда, приходилось останавливаться, чтобы спросить его в какую сторону поворачивать.

Управление больше напоминало разворошённый улей. Служащие бегали туда-сюда безо всякого смысла и передавали друг другу нелепые слухи о штурме Управления и погромах.