Тайны Кипеллена. Дело о благих намерениях

Ну вот что мне стоило приехать сюда раньше? Не заходить в лавку, после ухода Адель, а сразу нанять экипаж и навестить пана Тодора… Но с другой стороны, тогда Кукусильда бы получила в свои загребущие ручонки «У моста», и у меня не было бы вчерашнего чудесного вечера… «и штанов!» — шепнул внутренний голос.

Да и стал бы Мжецкий со мной разговаривать — это ещё вопрос. Ведь судя по сегодняшней «теплой встрече», вряд ли. Даже если бы мне удалось пробиться «к телу» поди докажи, что книга, забранная им у покойной тетки — краденая.

Так! Стоп! Что за оправдания? Похоже на то, что он вообще получил по заслугам и слёз никто лить не будет.

Долго предаваться самоедству и унынию не получилось, мы уже примчались к парадному крыльцу Ночной стражи. Расплатившись с извозчиком и сказав, что ждать меня не нужно, я потянула на себя тяжелые, обитые железными полосами двери и скользнула внутрь. Стражник у входа лишь приветственно кивнул. За последнее время ваша покорная слуга была тут если не частым гостем, то вполне узнаваемым лицом.

Сначала, как свидетель по делу Гжеся Ремица, а после Балт несколько раз просил меня проконсультировать дознавателей по живописной магии и её проявлениям. Случай с ожившей картиной заставил Управление задуматься и о таких преступлениях.

Добравшись до кабинета Вилька, я решительно постучала. Тишина. Постучала ещё раз, уже куда более настойчиво. Створка, не выдержав напора, качнулась внутрь, так что получилось осторожно просунуть голову в щель. Хотела уже вывалить на моего бравого капитана все, что успела накопать по мракобесьей книге, но его в кабинете не оказалось.

Зато за столом, со стороны посетителей, сидел Марек, и, кажется спал, навалившись на столешницу и пуская блаженные слюни.

Я решительно вошла внутрь, закрыла за собой двери и мстительно рявкнула рыжему в ухо.

— Па-а-адъё-о-ом!

Но младший дознаватель даже не вздрогнул. Вот уж точно, стражник спит, служба идет.

— Марек! — я встряхнула его за плечо, жалея, что на столе не стоит графин с водой, иначе нерадивый подчиненный Вилька был бы нещадно полит.

В ответ рыжий тяжело отвалился на спинку стула. Руки его соскользнули со столешницы и повисли безвольными плетями, дыхание едва угадывалось. А на столе лежала раскрытая книга, та самая, что ускользнула от меня на Тролльем рынке. Решение пришло мгновенно. Больше от этой дряни никто не пострадает! Пусть побудет у меня, пока не поговорю с Балтом. Стараясь не смотреть на страницы, я надела на руку варежку и захлопнула книгу.