Первое правило стрелка

Так что это каменное чучело не могло представлять для нас прямой опасности. И избежать конфронтации было больше в его интересах, чем в наших. Скажи, а ты действительно был готов выйти и перестрелять всех сектантов? Всех до единого? До самого последнего человека?

— Разумеется, — сказал Джек. — Твое решение проблемы элегантно, бескровно и, может быть, является самым правильным решением. Но оно противоречит моим принципам и принципам моего ордена. Мы оставили за своей спиной пятьсот живых, уязвленных и озлобленных врагов.

— Милосердие чуждо вашим принципам, как я погляжу.

— Милосердие для женщин и детей. Мужчинам — воздаяние, — сказал Джек. — Ты думаешь, мы были первыми путниками, которых эти милые ребята собирались сжечь на костре? Ты статую хорошо рассмотрел? Вряд ли у нее в руке красовалась голова добровольца.

— Но ты застрелил их вождя. Разве этого недостаточно?

— Лет через пять они нападут на какой-нибудь мирный город, жители которого не разделяют их убеждений, и вряд ли эти симпатичные парни ограничатся убийством бургомистра. Тем убитым горожанам ты и будешь рассказывать о милосердии.

— И что ты предлагаешь сделать?

— Уже ничего.

— Хорошо, — сказал Гарри.

— Куда это вы хотите вернуться? — громыхнул Бозел, спускаясь с небес и складывая крылья. В правой передней лапе дракон сжимал Любителя Рубок. — Маг, будь добр, верни мне человеческий облик. Не хочу привлекать внимание.

— Изволь, — сказал Гарри. Вернуть Бозелу облик человека было не слишком сложно, мозг дракона еще хранил предыдущую телесную матрицу. Гарри, даже не вставая, буркнул пару слов, и Бозел уменьшился до человеческих размеров.

— Отлично, — удовлетворенно сказал Бозел и присел к костру. Джек протянул ему кружку кофе. Стрелок ожидал дракона с минуты на минуту и вскипятил воды на троих. — Так куда вы собирались вернуться?

— К сектантам, — сказал Гарри.

— Зачем? — спросил Бозел.

— Полагаю, наш общий друг хотел их всех перебить.

— Зачем? — спросил Бозел.