Эра Охотников 2

Он отскочил, едва не попадая в зубы красногривому. Получилось.Эйван заприметил заострённый металлический штырь ещё пока спокойно сидел у портала.О применении его таким способом он и помыслить в тот момент не мог.Овелиор попытался уклониться от острой железки, но смог только сместиться и принять удар между рёбер.Скорость, которую он набрал, сыграла против него, и металл проткнул тело зверя с отвратительным звуком.Эйван поморщился.Овелиор взвизгнул, испуганно затрепыхался и повалился на бок, повиснув на кривом штыре.– Лучше бы ты не дергался, – Эйван стоял рядом.

Обессиленные ноги подкашивало, но он держался. – Ещё немного, и железка проткнет твоё сердце, – оскалился оборотень. – Как мне поступить, коллега?Овелиор обезумел, окончательно утратив остатки человечности. Он дергался, пытаясь освободиться, но калечил себя изнутри этим ещё сильнее.Он рождён в другую эпоху, где правили дикие и жестокие порядки. Он в той эпохе и остался жить, несмотря на то, что всё давно изменилось.«И сознание имеет срок годности», – невольно подумал Эйван. Стоит лишь толкнуть зверя в нужную сторону, и ему конец.«Хочешь ли ты жить?» – хотел сперва спросить оборотень, но в голове прозвучало иначе.«Нужно ли тебе жить?»Он зачарованно смотрел на стекающие со звериного бока кровавые дорожки.И не мог решиться.Овелиор ненавидел Эйвана с самого начала, а теперь решил убить. Попытается это сделать и впредь.В другой раз удача может не улыбнуться Эйвану.Оборотень прищурился, наблюдая за разъяренной мордой поверженного. Он тяжело дышал, хрипя и кашляя кровью. Но о пощаде не молил, обжигал злым огнём диких глаз.«Сделай это», – послышалось в голове. Не похоже на Гельзара, голос был женский. Эйван повернул голову к Аирен. Она пристально смотрела на него.«Ты снова потеряешь силу, если двадцатый умрёт», – подумал в ответ оборотень.«Мне плевать. Избавься от него. Это приказ».– Ты хочешь жить? – Эйван не смог не спросить об этом даже врага.Овелиор судорожно хватал воздух, но он будто бы не доходил куда нужно.– Пощада? От тебя? Нет. Эйван зажмурился.Он чувствовал, что может противостоять воле крошки-альфы. Вот только никому это не нужно.Все внимательно наблюдали за каждым движением Эйвана.Ему не нравилось вершить такой суд.– Если это твой выбор...– Проиграть тебе. Позор. Я убьюсь сам, если не сделаешь этого.– Ладно.Эйван зарычал и всей силой навалился на Овелиора, насаживая его на штырь дальше.Он слышал, как остриё проникает всё глубже. Вскоре оно уперлось во что-то.Зверь заскулил и обмяк.