Пропаданец Алекс

Да, да, я остановился, испугавшись грозы, и меня подхватил смерч, или ураган, протащил какое-то время по воздуху и опустил посерёдке поля. То что я не чувствовал качки, так это можно объяснить тем, что вокруг так грохотало, что было не до качек. Конечно, это объяснение было шито белыми нитками, но другого не было вовсе. И решив придерживаться этой версии, я быстро посчитал, на какое расстояние меня могло отнести. 25м\с умножаем на десять минут, которые я провалялся, прикрывая голову руками и получаем пятнадцать километров.

—Пятнадцать грёбанных километров. Ещё бы знать в какую сторону идти, чтобы выйти к трассе.– У меня в мозгу промелькнула мысль, что друзья будут называть меня Элли, а ренгтоном моего телефона станет песенка «идём дорогой трудной мы в город изумрудный». Усмехнувшись этой мысли, я всё же озадаченно осмотрелся вокруг, ища Татошку. Всё здесь было какое-то не наше. Вместо ровных полей степи, кругом были холмы и не большие участки леса. Деревья хоть и были похожи на те, которые я встречал, но опознать их или как они называются, у меня не получилось. А самое главное не было высоковольтных опор с проводами, распаханных полей, посадок, посаженных в одну линию по краям полей, в общем, не было ни чего, к чему я привык. И самое плохое не видно ни каких дорог, пусть даже грунтовых, или хотя бы просто следов машины оставленной на траве, не было ни чего похожего. —И ностальгия- Проговорил я в слух, отправляясь на вершину холма, что бы лучше осмотреться. Пока поднимался, понял две вещи, первое я в отличной физической форме, потому что, поднимаясь на холм, я не сколечко не запыхался. А второе, это то, что меня закинуло гораздо дальше от трассы, чем на пятнадцать километров. Это я понял по тому, что местная живность была не пуганной и совсем не боялась человека. У меня из под ног выскочил заяц, обычный такой заяц и отскочив метра на два сел уставившись на меня. Я сделал шаг в его направлении, имея непреодолимое желание погладить этого глупышку, но заяц поднялся на задних ногах и принял боксёрскую стойку. Конечно это громко сказано про стойку боксёра, заяц просто поднял свои передние лапы, но вот его намерения подраться сомнений у меня не вызывали. —Ладно, заяц-драчун, гладить тебя я не стану. Но если я на обратном пути снова тебя встречу, то уж извини, но сделаю из тебя обед.– С этими словами я отвернулся и снова пошёл к вершине.

Вид открывшийся мне никаких прояснений в моё местоположение не внёс, вокруг был одинаковый пейзаж.