Ведьма-хранительница

Работала с 7 по 8 траворода 1001 года. Нареканий не имела. 

Конечно, не имела. Кто осмелится жаловаться на ведьму?

Самое смешное – я не солгала ни слова. Можно гадать на ромашках, а можно и на крысах. Да и любистоки разные бывают, я честно предложила самый действенный. Ну, не хотят – не надо. Пристроившись на краешке стола, я написала друзьям прощальную записку, положила сверху несколько изумрудов – по камешку на каждого. Велька, конечно, расстроится и обидится, но что поделать – расстроенный Учитель куда страшнее, а он узнает о «ведьме» с минуты на минуту.

Из вещей я отобрала только самое необходимое. Меч, выпускное платье, дорожную одежду и горсть памятных безделушек вроде наговоренной монетки, неизменно выпадавшей Наумом вверх, забавно перекрученного, связавшегося узелком дубового корешка (Велька уверяла, будто он отводит глаза нечисти) и прочих мелких амулетов. Защелкнула на запястье агатовый браслет‑накопитель, набила сумку снадобьями в мешочках и склянках, без зазрения совести позаимствовав оные у подруги.

Ничего, она еще насушит‑наварит, а мне нескоро удастся пополнить запас. Маги‑практики редко занимаются изготовлением эликсиров, обычно используют покупные.

Вышло две увесистые сумки, которые я отнесла на конюшню. Дракон вольготно разлегся у ее порога, встретив меня сочувственным хмыканьем:

– Не прис‑с‑сядешь на дорожку, выпус‑с‑скница?

Я только вздохнула, перешагивая через хвост. Быстро взнуздала кобылу, навьючила и вывела во двор. Белка подозрительно покосилась на дракона, тот с сожалением облизнулся.

– Извини, но мне даже некогда толком попрощаться.

– Нас‑с‑стоящие друз‑з‑зья не нуждаются в проводах, – хмыкнул дракон, – они вс‑с‑сегда с тобой, даже ес‑с‑сли не прос‑с‑сишь. Я не з‑з‑за тем приш‑ш‑шел. Глянь с‑с‑сюда, малыш‑ш‑шка.

Я обернулась. На кончике протянутого ко мне когтя висело тонкое серебряное колечко ажурного плетения. Пляшущих по нему бликов было многовато для простого украшения.

– Артефакт или амулет? – деловито поинтересовалась я.

Артефакт – предмет, необычный сам по себе, эдакий сгусток магии, исчезающий вместе с ней, заговорить же можно любую побрякушку – от комаров, насморка или сглаза. Как правило, одноразово.

– Не з‑з‑знаю, – задумчиво прошипел дракон, – предыдущий владелец не ус‑с‑спел мне это рас‑с‑ска‑зать… с‑с‑собс‑с‑ственно говоря, он приходил не рас‑с‑сговаривать… ужас‑с‑сно невкус‑с‑сный оказался, м‑да… Возьми, это тебе.