Провал 1

Все дружно подхватили: восславим! Интересно, Френки знает, что ей молятся?

Слуги начали разливать жиденький супчик по тарелкам. Шико кашлянул, привлекая внимание, глазами показал на супник в руках лакея и одними губами прошептал:

– Забрать?

Смешно ему. А я бы реально сейчас попила бульон из чашки, а не вливала по ложечке в пустой желудок. Похоже, замечательного правила: «Когда я ем – я глух и нем» – в этом мире не знали. Или не соблюдали.

– Леди, как вам нравится наш мир? – спросила одна из фрейлин.

– Я видела не так много, но почти всё мне понравилось.

– А как вы к нам попали?

– Переходила через мостик, упала и очнулась уже здесь.

Вопросы сыпались со всех сторон. Они что, решили мне массовый перекрёстный допрос учинить? Всё! Пора заканчивать.

– Милорд, простите меня, могу я нарушить этикет?

– На столе танцевать будете? – обрадовался княжеский родственник.

– Можно только суп поем? Несколько дней я была без еды, и всё остальное мне сейчас не полезно. И если возможно, то пусть нальют в чашку.

Вот так вам! Кто теперь решится обессиленную голодную девушку вопросами мучать? За столом притихли.

– Может, целителя позвать, леди? – спросила княгиня.

– Благодарю, миледи. Я поем, потом отдохну и буду в порядке. Извините, что нарушаю правила.

– Когда правила и законы дурацкие, их необходимо нарушать, – как-то зло сказал Шико. – Вы согласны со мной, лорд Дрег?

– У тебя слишком длинный язык, шут! – ответил кузен князя, лорд Дрег.

По окончании ужина ко мне подошла леди Льеми:

– Муж сказал, что вы приютили семью фламов. Могу я на них взглянуть?

– Думаю, что да. А если мы для мамы-кош... мамы-фламы что-то вкусное со стола захватим, то нас ждет теплый прием. Вот только... – я посмотрела на фрейлин, – зверьки не любят человеческого общества.

Княгиня понятливо кивнула:

– Дамы, останьтесь.

Кисю мы угощали сливками.

– Детки... – рассматривая котят, с каким-то надрывом прошептала княгиня. И, адресуя кошке, продолжила: – Счастливая. Можно их потрогать?

Я ментально перевела вопрос Кисе. Та мгновенно оторвалась от еды, запрыгнула в корзину, свернулась клубком вокруг своих сокровищ, закрывая телом от чужих прикосновений:

«Не хочу, чтобы к людям привыкали. Пусть меня за ушком погладит».