Мне не нравится конец!

Не выходит ли так, что Дон Чжун влюблён в своего лучшего друга, а его сестра лишь… прикрытие? Эх, нет. Наверное, я слишком много думаю. О! А вон и бенто несут!

Нам раздали небольшие коробочки с обедом, приготовленным каждому персонально. Я и Ми Нам играли детей из богатых семей, поэтому и обед был ярче и лучше. А вот Тхэ Гён играл обычного парня, и из вкусненького у него были, пожалуй, только небольшие консервированные помидорки.

— Ух ты… — вздохнул Дон Чжун, смотря на обед Ко Ми Нама. — Сразу видно, играешь богатого парня.

— Хе! — улыбнулась девушка, заглядывая в другие коробки. — О! А хённим питается только сушёными анчоусами. Сразу видно — бедный парень.

На это Тхэ Гён со злостью взглянул на Ми Нам, словно мысленно спрашивая: «Смерти ищешь?». Сама по себе ситуация ему не нравилась, а когда над ним ещё и смеют подшучивать… беги, пока можешь.

— Ему хочется немного омлета, — продолжала Ми Нам, совершенно не замечая немых намёком Тхэ Гёна. — Но по сценарию нельзя! — закончила девушка, проглатывая кусочек рулета и улыбаясь.

— Омлет напомнил мне о твоей сестре, — произнёс Дон Чжун. О! Это же тот самый момент, когда Ми Нам понимает, что он в неё влюблён. Класс! Обожаю! Поставила локоть на стол и, подперев голову, с улыбкой уставилась на парня, медленно наслаждаясь едой. — Ты брал у других еду, которую она любит, и относил ей.

— Да, — улыбнулась девушка, немного смущенная данной новостью.

— Поэтому хоть я и не любил омлет, — продолжал Дон Чжун. — Всегда просил маму его приготовить, чтобы твоя сестра могла его поесть.

Блин, ну разве это не прекрасно? Прям сейчас захотелось в какую-нибудь школьную дораму убежать. Чтобы было много романтики, чувств и таких вот моментов. Вот где «любовь»! Вот где эмоции! Не скандалы, не расследования, не призраки, а милая и безмятежная юность.

— Эх… — вздохнула я, мечтательно улыбаясь.

Парень тут же смущённо опустил глаза, смотря в своё бенто, тем самым признавая мою правоту. Ми Нам тоже улыбнулась. Ей льстило внимание такого парня. Да и настроение сразу же поднималось. А вот Тхэ Гён помрачнел ещё сильнее и теперь свою злость направлял в мою сторону. И что я сделала опять не так?

— Я никогда этого не говорил, — произнёс Дон Чжун.