Скелеты в шкафу

— Двоих сразу я бы убил — сложно было правильно отмерить силу удара, — мужчина пожал плечами и склонился над раненым вампиром. — Я ведь правильно понял, что они зачем-то понадобились вам живыми? Ты, судя по всему, тоже не спешила заканчивать драку…

Юльтиниэль смутилась и, не желая признавать правоту Рита, не стала продолжать спор. Крис выразительно постучал себе указательным пальцем по лбу, намекая полуэльфийке, чтобы та в следующий раз хоть немного думала. Юля передернула плечами, мол, сама поняла, что сглупила.

— Тяжелый! — пожаловался эльф.

— Ага… а с виду вроде худенький… — поддержала его воровка. Распущенные и отяжелевшие от воды волосы Альги непонятным образом перепутались на голове, скрывая лицо и делая ее похожей на какое-то невиданное чудовище.

«Помнишь, Василий рассказывал?» — хихикнула Юльтиниэль. Крис согласно кивнул: «Уже начинать бояться?». Оррен даже подпрыгнул от неожиданности, когда лучезарная княжна ни с того ни с сего начала смеяться.

Когда, наконец, спасенного парня (несколько раз все-таки уроненного и даже слегка поджаренного на костре, мимо которого его пытались пронести) сгрузили на покрывало, друзья склонились над не подающим признаков жизни человеком.

— А он точно живой? — Талли хмыкнул и потряс парня за плечо.

— Вроде как… — неуверенно отозвалась Юльтиниэль, жадно рассматривая человека. — Воды наглотался много.

— Может, ему искусственное дыхание надо сделать?

— Вот ты и делай! — Вся компания тут же накинулась на несчастного Криса, который вылез с, бесспорно, актуальным, но не очень приятным предложением.

— Вот с этого и надо было начинать! — торжествующе ухмыльнулся Оррен. — Приступайте, господа маги, пока наш пациент с Хель не встретился. А я, пожалуй, потолкую с нашими пленными.

Таллиэль оглянулся на связанных магией вампиров, потом снова посмотрел на человека, еще раз на вампиров и, кивнув Юле с Крисом, поковылял за Ритом, допрашивать бедных кровопийц. Выражение лица при этом у мужчины было совершенно не по-эльфячи предвкушающее и абсолютно недоброе.

— Э-э… — Юля проводила его обеспокоенным взглядом и кинула императору мысль, что вопрос рождения Маришки все еще остаётся открытым. И вот-вот может навсегда закрыться.