Скелеты в шкафу

— Хорошо, даже на желание спорить не буду, — согласилась воровка. — Только ты начинай уже размышлять, а то я засну и не узнаю самого интересного!

— Вот смотри…

Тут Альга меня снова перебила:

— А просто слушать нельзя? — и недовольно поерзала, сминая одеяло.

— Ты невыносима… Делай что хочешь, но еще раз решишь как-нибудь сострить, и сама будешь думать, а я пойду обратно в те покои — спать, — пригрозил я.

Надо сказать, воровка особо не устрашилась, но ничего отвечать на это все-таки не стала. Я широко зевнул, размышляя о том, что иногда на Альгу находит что-то непонятное, и женщина не может ни одной фразы оставить без своего комментария.

Хорошо хоть, проходят эти приступы достаточно быстро.

— Так вот. Что Алив могла нам сказать демонстрацией своей осведомленности? — задал риторический вопрос. — Рассматриваем ситуацию: мы пробрались на вражескую территорию и принялись подслушивать разговор императора. Затем пришла творец, какое-то время тянула пса за хвост и делала вид, будто сама не знает о посторонних ушах, и вдруг неожиданно нас сдала — мол, вон они, шпионы, берите их тёпленькими.

И если бы Чар специально не замешкался, нас бы успели поймать… Главный вопрос в том: знала ли Алив, что император так поступит, или нет?

— А это важно? — Кажется, Альга нахмурилась, пытаясь понять, куда же я клоню.

— Очень.

— Хорошо, — женщина кивнула, — допустим, Пресветлая мать знала о том, что нам нарочно позволят сбежать. Ты ведь именно так решил, Оррен, да?

— Что я решил, не самое важное, мне интересно твое мнение.

— Я думаю, что творцы всегда просчитывают все на несколько ходов вперед и, если между собой могут пропускать детали, то когда дело касается людей — никакой непредсказуемости наш выбор для них не представляет. Алив не могла не знать, что Чар позволит нам убежать. Ты сам говорил, что он не хочет войны, а значит, принятое им решение не было спонтанным импульсом. Да, если тебе интересно мое мнение, — Пресветлая мать прекрасно знала, что последует за ее фразой.

— Спасибо, — искренне поблагодарил я.

— Приятно знать, что не я один пребываю в полной уверенности, что являюсь открытой книгой, в которой очевидно даже то, что написано между строк, и как не пытался бы это изменить, все равно ничего получиться не сможет.

— Нет, — не согласилась Альга, — тогда бы они мучились от страшной скуки и к нам даже не приближались бы. Думаю, какой-то процент неожиданности все же есть, просто творцы — замечательные стратеги и к тому же прекрасно умеют разбираться в людях.