Как же трудно быть богом.

- Хватит дуться — вновь задорно заметил он — Твой перстень сам себя обратно не отыграет.

- Знаю — хмуро заметил я, отыгрывая безалаберного наследника рода — Когда там следующая игра?

- В субботу будет большая игра — ответил мне этот амбассадор игрового дома — Вступительный взнос не менее пяти золотых.

- Хорошо — угрюмо заметил я и повесил голову.

- Только принеси равнозначную ценность — дал наставление рыжий

— Это точно не подойдёт учти! — громко заметил он, указывая на мою потрепанную рубашку под дружный гогот всего бара.

Я сгорбился и сделал вид что совсем стушевался. Мне нравится всем казаться диким аутсайдером, потом очень забавно наблюдать за этими глупцами, воспитывая их целительными лещами. За стойкой бара я узнал, что оказывается задолжал три серебряных монеты. Ни слова не говоря, я отдал долг.

Бармен — здоровенный мужчина с густой ухоженной бородой, больше похожий на кузнеца, удивлённо приподнял бровь, но деньги принял, и даже одобрительно улыбнулся мне.

- Большой кусок мяса хорошей прожарки, холодного морса, и большой тазик свежих костей для моего пса.

 — сделал заказ я.

Бармен кивнул.

Я сидел за отдельным столиком у окна и наблюдал за атмосферой бара. Снаружи, практически вплотную к окну, скрипел костями Филипп. Я умял здоровенный кусок жареного мяса с кусками отварного картофеля по краям тарелки. Порция была более чем щедрой, рассчитанный на трёх человек и обошлась мне в пять медных монет. Однако я не чуточки не жалел, молодой организм требует хорошей пищи, обильного питья и голых девок…

Внезапно пришедшие мысли о голых девушках я подавил, списав на метаболизм здорового юношеского организма.

Не время еще. Чуть позже. Хотя яркость пришедшего желания меня несколько поразила, мне определенно досталось необычное тело.

От этих размышлений меня отвлекло лёгкое касание по моей ноге. Я заглянул под стол и обнаружил там маленького котенка, рыжый с чёрными крапинками малыш аккуратно прикасался лапкой к моей ноге. Он сидел на заднице поджимая к груди вторую лапку, которая похоже была сломана.

Котёнок был исхудавшим, уши ободраны, он даже не мяукал, а едва шипел. Тем не менее в глазах его светился блеск жизненного огня. Я молча скинул ему оставшийся кусок сочного мяса, размер которого едва ли не превышал самого котика.

И ушел.

Если выживет, то молодец, если нет, то такова судьба. Я не был воплощением вселенской справедливости и милосердия. Это всё-таки его игра с жизнью, а я лишь дал ему шанс.