Как же трудно быть богом.

Также как и признаков не жизни. С нежитью порою сложно подобрать метафоры…

Исключением из правил стал бронированный петух, который увидя, как истоптали всех его кур, кажется впал в берсеркерский раж. Глаза его вспыхнули красным, шпоры с лязгом выдвинулись наружу, еще на добрых четверть метра. А из брони высунулись острые шипы. Ранг петуха мигом скакнул почти до уровня среднего ветерана, а движения невероятно ускорились.

Он с разгона влетел в Филиппа и даже умудрился процарапать до крови шкуру. Если бы не бронированная шерсть пса, которую не каждый нож возьмет, то ему вполне могли выпустить кишки.

Тем не менее шпоры птицы застряли в густой шерсти и он оказался привязан к своему противнику.

Филипп, недолго думая просто схватил петуха зубами за горло и резким движением оторвал ему голову. Все-таки двадцать килограмм и триста, это немного разные весовые категории. Лишившись головы петух тем не менее не потерял своей боеспособности. Возможно даже стал более опасен, поскольку ему больше не нужно было обдумывать свои действия…

Теперь пернатое напоминало бронированный шар с наточенными шпорами длинной с локоть.

Петух уперся лапами в пол, чтобы набрать разгон. Но был остановлен прилетевшей сверху булавой.

Мой инструмент идеально подходил для выбивания дури из подобных противников. Я вложил в удар довольно много магической и физической силы, и просто смял его броню впечатав в камень. Тяжелое оружие как молот смяло доспех и разломало слабые птичьи кости как хворост.

- Один готов - улыбнулся я –

Филип эмоционально гавкнул.

То ли в знак благодарности за помощь, то ли раздражен тем, что я не дал ему поквитаться с поцарапавшим его противником.

- Не расслабляйся крикнул я- указав на арьергард войска нежити. - Тут на всех хватит!

Филипп зарычал и полный энтузиазма бросился на корову. Хоть животное и было большой массы, однако против мощного мышечного каркаса и массы трухлявые кости не сыграли. Громко скрипнув как сухое дерево, корова переломилась пополам.

Причем так удачно, что в половинках запутались идущие рядом козлы.

Особой прыти они не проявляли и глаза у них светились едва-едва. По этим признакам я предположил, что они совсем ничего не представляют в боевом плане, слишком старая нежить, источник которой итак скоро затухнет.

Пастух с горестным воем взмахнул кнутом (кажется окончательная гибель коровы его здорово огорчила) но по метнувшемуся Филипу не попал. Пёс не стал набирать разгон, а просто прыгнул на зомби сверху.