СПАникулы

То, что располагалось в тарелке, идентификации не подлежало, потому я, не стесняясь, задала сакраментальный вопрос:

— Что это?!

— Пирожок! — был мне ответ.

Я ещё раз внимательно осмотрела поданное нам блюдо. На тарелке сиротливо притаилось нечто неясного, унылого, цвета слоновой кости. Причём кости слона, который пожил тяжелую, полную страданий жизнь, помер, был похоронен, а потом, спустя годы, нещадно выкопан и разобран на кости.

Пирожком это нельзя было назвать, даже находясь под воздействием галлюциногенов.

Возможно это был невиданный зверь, устройство для пыток, портал в другой мир или смысл жизни. Это могло быть что угодно! Что угодно, но только не пирожок! Я знаю, как выглядят пирожки, несколько раз видела.

В принципе, больше всего это походило на гибрид манной каши со вселенским ужасом, тщательно размазанным по тарелке и намертво к ней прилипшим. Несмотря на все мои усилия проковырять в этой субстанции отверстие вилкой, я потерпела сокрушительное поражение.

Вероятно, это было невозможно совершить даже с помощью магии. Хотя я не стала пытаться, врать не буду.

Урх, похоже, временно лишился дара речи. После невнятного трехминутного мычания он, наконец, взял себя в руки и непривычно вежливо уточнил:

— А выпить-то есть чего?

— Не завезли ещё, я ж только открылся, — огорченно рапортовал хозяин.

— Закрывайся, мой тебе совет, прям сразу закрывайся. Не твоё это постоялый двор держать, точно тебе говорю. Ладно нам некогда, но морду тебе набьют уже следующие разочарованные посетители.

Сильно набьют, не пожалеют.

В результате мне пришлось сооружать бутерброды из оставшихся у нас продуктов. Причем Дельг, не стесняясь, присоединился к нашей трапезе и умял добрую половину еды, включая собранные мной плоды ирги. Вот интересно, а сам он додуматься не мог с дерева хоть фрукты сорвать?

Во время завтрака он поведал немудрёную историю открытия отеля, порывался поведать и крайне мудрёную историю собственной жизни, но был вовремя остановлен суровым и непреклонным Урмахом.

Иначе, подозреваю, нам бы пришлось задержаться здесь на месяц-другой, ибо история жизни у Дельга была длинная, богатая то ли приключениями, то ли фантазиями о них.

Разговор начался с того, что я заметила картину, висящую над барной стойкой. На картине было изображено неведомое чудище. Чудище было огнедышащее, с клыками и хвостом, но слегка заморенное жизнью.