Темный целитель

— Это как с Балрогом. Я их заболтаю.

Глорфиндель с сомнением окинул взглядом ее, покосился в сторону Врат, потом снова вернулся к хрупкой девушке… отпускать ее отчаянно не хотелось. Но он слышал, что говорил Трандуил. Соотнес все несоответствия в ее поведении, которые подметил за время путешествия. Припомнил намеки Элронда и заме-етные такие фамильные черты Первого Дома нолдор. А потом перед глазами встала сюрреалистичная картина: разговор маленькой эльфийки с Балрогом на мосту и его стремительный побег.

Глорфиндель с кривой усмешкой склонил голову, безмолвно соглашаясь не мешать ведьмочке сумасбродствовать.

В прошлый раз она оказалась права. В этот, скорее всего, тоже.

По крайней мере, он на это надеялся.

Таелина благодарно улыбнулась и повернулась к вратам в Барад-Дур. Улыбки на ее лице как ни бывало.

В груди сперло дыхание. Каждый шаг давался тяжелее предыдущего. Но она шла. Шла с высоко поднятой головой, чтобы никто не увидел ее маленькой слабости. Она Таелина. Могущественная темная ведьма.

Не стоит это забывать.

К Вратам она приблизилась вплотную без затруднений. Орки даже стрелять не стали в неизвестного наглеца, добровольно сунувшегося к ним в лапы — слишком заняты были тем, что хохотали, сложившись в три погибели.

Только назгулы оставались оплотами невозмутимости. И тревоги, чего уж таить.

Что-то в незнакомце было странное. Будто знакомое, а будто и нет. Но что?

Ответ на этот вопрос они получили почти сразу — когда Таелина зажгла на ладони изумрудное пламя.

Оно появилось крошечной искоркой. Потом разгорелось, возвысившись над ладонью. Девушка какое-то время смотрела на источник света (но не тепла) в своей руке, скрытый от взглядов светлых ее же спиной, а после поднесла руку к окованным железом Вратам… и отпустила таящуюся в ней силу на свободу.

Ну. Чисто технически, Врата для светлой армии она открыла — они попросту сгорели. Они и еще половина крепостной стены. С обеих сторон.

— Мда, — глубокомысленно пробормотала Таелина, почесывая второй рукой макушку.

Трандуил при виде обгорающих руин покрылся запоздалым холодным потом, представив на секунду, что могло стать с его дворцом (и доброй частью Лихолесья в придачу), если бы ведьма попалась ему чуть менее человечная.

Глорфиндель восхищенно присвистнул и невольно взгрустнул. Вот где было это рыжеволосое чудо, когда они Ангбанд осаждали? Хотя-я… Не было — и слава Валар.