Темный целитель

Мгновенно ставший пронзительным взгляд Галадриэль он встретил без опаски.

— И по какой же причине? — вежливо осведомилась Владычица.

— Братству Кольца не стоит задерживаться в гостях надолго, нас ждет великая миссия. Вы сами только что говорили, как она важна для Средиземья.

— Так Таелина полноценный член Братства? — вопросительно посмотрела на девушку эльфийка.

— Да, — непримиримо ответил Глорфиндель, прежде чем Гэндальф успел вставить хоть слово.

Ведьма согласно кивнула.

— Что ж, — тщательно подавила недовольство Галадриэль.

Взгляд ее зашарил по фигурке девушки.

— Дитя, ты ранена?

— Нет, — продолжал озвучивать Таелину Глорфиндель.

— Подвернула ногу? — подняла блондинистую бровь вверх Галадриэль.

— Тоже нет.

— Не можешь идти?

— Все у нее в порядке, — отбил воин.

— Тогда почему ты… — Галадриэль обвела рукой странную картину.

Дело в том, что Глорфиндель по-прежнему держал девушку на руках, даже не думая выпускать после нескольких часов ходьбы кряду.

— А что такого? — наконец вмешалась в противостояние двух блондинок ведьмочка. — Мне удобно, ему — несложно.

— Да, — гордо согласился Глорфиндель.

— А вы довольно близки… — полоснула мужчину ревнивым взглядом Галадриэль.

— Опасности для жизни, они сближают, верно, — кивнул эльф.

Галадриэль прищурилась. Братство посмотрело на него со странным выражением на лицах. Опасности они проходили все вместе, а сблизился Глорфиндель только с девушкой.

Удивительное дело. Таелина продолжала восседать на руках златоволосого воина с невозмутимостью Смауга, дрыхнущего на груде сокровищ. Галадриэль, в свою очередь, продолжала молчать, Глорфиндель — сверлить ее недовольным взглядом.

Этой парочке явно было, что сказать друг другу, но произносить хоть слово они не торопились.

Затянувшуюся тишину прервало покашливание Келеборна.

На него обернулись с убийственными огнями во взглядах (Таелина просто с любопытством, она не считается).

Владыка Лориэна оба выдержал с достоинством, Гэндальф его даже зауважал. С леди Галадриэль он был знаком достаточно давно и прекрасно знал, какой у нее непростой характер. А уж если она еще и не в настроении…

— Думаю, наших гостей пора проводить в их покои, душа моя, — мягко улыбнулся Келеборн. — Они устали и проголодались с дороги.

Галадриэль тут же вернула себе самообладание и снова принялась расточать флюиды вежливости и гостеприимства.